Ну там типа, борьба с тиранами, за права человеков или за продвижение демократии у слаборазвитых, диких и темных народов. Под эту профессиональную трескотню и словоблудие, разрушают целые государства, обрекая сотни тысяч и миллионы людей на нищету, голод, бесправие и бегство, то есть эмиграцию. Здесь словоблудием, слава богу, не страдают. Говорят конкретно — пойдём на них войной, в набег, в поход, убьём их, а всё имущество заберём. А жен их и дочерей поимеем! Это круто и это доблесть! Начни я местных разубеждать в этом, меня не поймут.
В лучшем случае сунут тебе меч под ребро, в худшем, оденут на тебя рабский ошейник. А я быть рабом тут не собираюсь. Меня расклад, при котором мою жену будет насиловать какая-нибудь тварь, по праву сильного, не устраивало ни как. Здесь либо ты сильный и с тобой считаются, либо слабый и тогда об тебя вытирают ноги. Впрочем, и в наше время то же самое. Тем более не мы пришли первые к радимичам и полянам, а они. И именно с целью пограбить. Так что извините, но ответка будет и будет кровавой.
Когда Мстиша услышала, что нурманы, ну и наши тоже по это дело, разграбили несколько селений полян, её глаза торжествующе и кровожадно блеснули. Мало того, она же ведь тоже хотела идти в карательный поход. И бесполезно было её отговаривать. Она хотела отомстить за своего отца. И это было её право. Смотрел на неё и мне вспоминались слова Алисы, когда она рассказывала про княгиню Ольгу, которая жестко расправилась с древлянами за гибель своего мужа — князя Игоря.
Устроив настоящую бойню в Искоростене. Не пожалев никого, даже малых детей. И плевать ей было, что её муж был неправ. Ибо князь не правым быть не может априори, на то он и князь. Это как в инструкции: «пункт номер один — босс всегда прав. Пункт номер два — если босс не прав, смотри пункт помер один». Блин, история повторяется. Вот только здесь, княгини Ольги не будет, но будет княгиня Мстислава. И мстить она будет за своего отца. А ведь она начинает превращаться в настоящую волчицу.
Эта загрызёт любого, кто покусится на всё, что принадлежит ей и в первую очередь на её семью. Да, недаром у неё такое имя — Мстислава."
"Ага, заметила, что я на неё смотрю. Подъехала на своей кобыле вплотную, потянулась ко мне. Пришлось пригнуться и поцеловать её. Наплевать, что на виду у всех. Сидящий на коне по другую от меня сторону Боян, только закряхтел. Не одобрял он такое наглое попрание древних традиций.
