Мальчик огляделся, судя по всему, основные посетители трактира солдаты и офицеры, ну понятно, война, а город после недавнего сражения вдруг превратился в основную тыловую базу — здесь собирались войска, сюда везли припасы. Володя покачал головой и отвернулся, дожидаясь, когда принесут еду.
— Вам что-то не нравится, милорд?
— Мы свободно вошли в город. Нас даже стража не остановила.
— Да тут войск больше, чем, наверное, в столице.
— Ага. Беглецы после недавних поражений. Остальные части вон, — Володя кивнул на соседний стол, где шумно что-то отмечали солдаты.
— Если здесь появится хоть небольшой отряд врага, большинство просто разбежится, а остальные не успеют даже собраться. И в поле никаких дозоров, то есть нападение будет совершенно неожиданным. Счастье Локхера, что у Эриха сейчас туго с кавалерией — вряд ли он успел восстановить её.
— И что это значит, милорд? — задумался Филипп.
— Это значит, что задерживаться тут не стоит. Надо скорее купить нормальную лошадь и в путь. Кто займётся?
Филипп и Джером переглянулись — похоже, им впервые предоставляют выбор, обычно отдавались приказы и всё.
Володя уловил их сомнения.
— Сами решите, кто лучше справится.
— Тогда, наверное, я, милорд, — поднялся Джером. — Я всегда заведовал всеми закупками у господина. Он мне доверял.
Володя кивнул и выложил на стол почти все выменянные местные монеты, оставив немного, чтобы расплатиться за еду и комнаты.
Джером быстро пересчитал деньги.
— Милорд, для настоящего боевого коня этого слишком мало, а для лошади в телегу слишком много.
— Я с запасом даю. Подбери коня на своё усмотрение, а на остальные купи что-нибудь в дорогу… сам смотри. У тебя ведь почти никаких вещей нет. Выбери сменную одежду, одеяла для ночёвки, плащи… да чего я тебя, учить должен? Что останется, вернёшь вечером.
— Да, милорд! — Джером слегка поклонился.
Поев, они поднялись на второй этаж и осмотрели комнаты. Володя, сморщив нос, разглядывал обстановку, потом подошёл к кровати и задрал матрас — клопы моментально бросились врассыпную, удирая по щелям.
Мальчик проследил за их бегством и потрогал не первой свежести матрас, лишённый даже намёка на простыню.
— Что ж, — вздохнул он, — каждому своё."
"Остальные, даже Аливия, глянули на него удивлённо, но Володя, не обращая ни на кого внимания, закопался в рюкзак, достал упаковку какого-то порошка и начал рассыпать его по комнате, особенно обильно досталось кровати.
— Ну вот, к вечеру никаких посторонних тут не останется.