Я не мог себе позволить такого.
— Что это за металл?
— Не знаю, — совершенно честно ответил Володя. — Я не оружейник, а те свои тайны хранить умеют. Эти мечи сделали специально под меня, когда я собирался в это путешествие.
— А ваш родовой меч?
— Он остался в империи и пойдёт следующему наследнику рода. Я в империю уже не вернусь.
— Да-да, я помню, вы говорили об этом. — Граф вернул меч и чуть склонил голову. — Что ж, в таком случае позвольте откланяться, мы с моим оруженосцем спешим, потому плестись вместе с вашей телегой не хотим… какое счастье, что нам не досталась эта кляча…
— Конечно, — согласно кивнул Володя.
— В отличие от вас, мы никуда не торопимся.
Вскоре граф Артон и его оруженосец уже шагали к городу, где собирались приобрести коней и отправиться в столицу.
— Вы же тоже собирались в столицу? — поинтересовался Володя у Филиппа. — Могли бы отправиться с ними.
— Я тоже не тороплюсь, — вздохнул солдат. — Всё думал над вашими словами, милорд. Ваша светлость… у меня к вам просьба… Вы согласитесь принять мою присягу?
Володя чуть обернулся.
— Хочешь мне служить? Почему? Замков у меня нет, сам я не знаю, где буду через неделю, о стабильном доходе речь тоже не идёт, так что не факт, что еда будет каждый день.
— Тем не менее, слугу вы наняли.
— Вот именно. Нанял. Он со мной, пока я ему плачу, перестану платить — он волен уйти. Присяга, как я понимаю, нечто совсем другое, и добровольный отказ не предусмотрен.
— Ну… вы можете меня освободить от неё, однако вы правы, ваша светлость, о материальной стороне дела я думал в последнюю очередь.
Тем не менее, я готов повторить свою просьбу принять меня под вашу руку, милорд.
Володя задумался.
— Что ж… ты прав… лишний меч нам не помешает, особенно в путешествии по стране, в которой идёт война. Если действительно хочешь этого, я согласен. Только я не знаю, как у вас это положено делать.
Филипп отстегнул меч в ножнах и протянул их мальчику.
— Вы должны дать мне оружие, ваша светлость.
Володя принял меч, повертел его, потом протянул двумя руками.
Филипп опустился на одно колено, принял меч и коснулся им лба.
— Я, Филипп Норт, клянусь служить князю Старинову мечом и сердцем. — Солдат поднял голову и выжидательно посмотрел на мальчика. Тот на миг замялся, потом сообразил, чего от него ждут.
— Я, князь Вольдемар Старинов, принимаю под свою руку Филиппа Норта. Этого достаточно?
— Да, ваша светлость.
— А я размялась! — подбежала разгорячённая Аливия.