– Чего он там сипит? – спросил пожилой санитар.
– Жить хочет, – пояснил напарник.
– А-а, ну, это понятно. Жизнь – она, конечно, штука подлая, но интересная, – философски рассудил санитар. – Пусть живёт! Мы не против!
Вопреки моему ожиданию, меня привезли не в морг, а в уютную одноместную палату, где был даже переносной телевизор. Появилась медсестра, которая привычным движением вогнала мне в вену иголку и подключила к капельнице, потом включила телевизор.
– Валерий Иванович рекомендовал Вам смотреть телевизор, – пояснила она.
– Может что-то вызовет у вас знакомые ассоциации, это поможет вернуть память.
По телевизору транслировались теледебаты, где кучка политиканов рьяно дискутировала о коррупции. Глядя на продувные физиономии, я никак не мог понять кто они: члены одного из многочисленных комитетов по борьбе с коррупцией или почётные и полномочные представители её Величества Взятки. Никаких знакомых ассоциаций они у меня не вызвали.
«Значит, я не представитель высших эшелонов власти, и не коррупционер», – облегчённо подумал я и задремал.
Разбудили меня ритмичные звуки музыки. На экране молодая певица с мужским именем и порочным взглядом, хорошо поставленным голосом пела банальную песенку о любви. Ничего, кроме сексуального желания, этот образ у меня не вызвал.
– Видимо, я не продюсер, не композитор, не «голубой» и вообще очень далёк от шоу-бизнеса, – здраво рассудил и снова впал в дрёму. Проснулся я, когда на сцену вышла высокая стройная женщина с гитарой в длинном концертном платье, щедро усыпанном блёстками.
– А сейчас Варвара Звездогляд исполнит старинный русский романс! – объявил конферансье, и певица уверенно взяла на гитаре первые аккорды. В этот момент у меня в голове что-то провернулось, как будто пелена спала с глаз, и я увидел на сцене Евдокию Грач.
– Дунька! – зачаровано прошептал я, глядя на Грач, которая почему-то назвалась чужим, но звучным именем. – Дуня, миленькая, как же так? Неужели ты меня бросила? – шептал я, и слёзы сами потекли у меня по щекам.
В это время в палату вошёл мой лечащий врач.
– Я вижу, что Вы что-то вспомнили! – не то спросил, не то сделал для себя окончательный вывод эскулап. – Вы плачете? Не стесняйтесь, это реакция организма на стресс. Я уже побаивался, что у Вас могут быть проблемы с памятью. Знаете ли, Казимир Радомирович, человеческий мозг – вещь чрезвычайно тонкая и сложная, до конца не изученная. Так что могли быть любые последствия.
