После этих слов резидент достал из кармана пиджака сложенный вчетверо листок бумаги и протянул Юдаеву. Полковник, немного помедлив, взял и развернул листок. Его опасения оправдались: это была ксерокопия плана проведения операции «Рандеву», в составлении которого он принимал непосредственное участие.
Возникла затяжная пауза. Максимов, взглянув на часы, поднялся из-за стола.
– Если у Вас нет других предложений, я предлагаю закончить переговоры, тем более что моё время неумолимо близится к концу. С этими словами резидент спокойно вышел из квартиры.
Юдаев не шелохнулся, только один из сотрудников поднёс к губам небольшую рацию.
– Третий, Пятый, приём!
– Третий слушает.
– Пятый на связи. Приём.
– Он выходит из квартиры, берите под наблюдение.
– Первый, я Третий! Объект вижу, иду за ним.
– Пятый, страхуйте Третьего. По всей вероятности, он попытается оторваться от преследования неожиданно.
– Первый, я Пятый. Задание понял, выполняю!
Юдаев встал и подошёл к входной двери.
– Сворачивайтесь! – сказал он подчинённым.
– Нам здесь делать больше нечего.
Операция «Рандеву» началась. Каждая из сторон сделала по одному ходу. Пока что это были домашние заготовки: сюрпризы и импровизации были впереди.
Резидент без каких-либо проблем миновал пост из двух сотрудников ФСБ, дежуривших в подъезде, и вышел во двор. Место встречи было оговорено за двенадцать часов, поэтому накануне под видом патрульного милиционера он тщательно облазил все примыкающие ко двору подъезды соседних домов, чердачные помещения и проходные дворы.
Под утро он отверг подъезды и чердаки, трезво рассудив, что в ФСБ не дураки служат и попытаются отрезать ему пути отхода. Надо уходить проходным двором, тем более, если перелезть через невысокий кирпичный забор, ограждающий территорию детского садика, то можно срезать путь к месту встречи со связником, который и должен передать противоядие. Резидент тормознул первое попавшееся такси и быстро нырнул в салон.
– Шеф, срочно на Казанский, опаздываю на поезд! – выдал он скороговоркой направление таксисту, прежде чем плюхнулся на сидение.
– Давай, милый, выручай! – продолжал скулить Максимов, протягивая таксисту банкноту в сто долларов. Таксист пожал плечами, взял деньги и резко крутанул баранку.
«Возможно, таксист тоже из группы наружного наблюдения. Тем лучше, это немного их успокоит», – решил про себя Максимов, глядя в заднее окно. Когда они выезжали со двора, от соседнего подъезда медленно тронулась замызганная серая «девятка».
