– Меня Машей зовут, – представилась девушка всклокоченному и помятому Цыганкову, который вылез из-под одеяла, и улыбнулась ему, как старому знакомому.
– Пётр, – с запинкой произнёс Цыганков своё новое имя и от сознания того, что чуть не допустил досадную ошибку, смутился. Маша взяла со столика брошюру с красноречивым названием «О культуре поведения», которую Цыганков за два дня пути так ни разу и не раскрыл.
– Повышаете культурный уровень?
– Да, знаете ли, приходится. Не хочется выглядеть провинциалом.
Я, Машенька, университетов не заканчивал: после школы сразу в армию, два года в десанте протрубил. Потом сверхсрочная служба, потом сокращение штатов, и я уволился, – грустно произнёс новоиспечённый Пётр, на ходу сочиняя себе новую биографию. Алексею очень хотелось похмелиться, но пиво кончилось, а покупать у проводника водку он постеснялся. Пришлось импровизировать на больную голову, что, впрочем, у него получалось неплохо. Через полчаса он и сам уже верил в то, что он никто иной, как несправедливо обделённый жизнью и командованием ВДВ прапорщик запаса, отдавший Родине лучшие годы.
– Я ведь специалист высококлассный! Вот этими руками все движки на БМП[59] в роте перебрал, а меня в запас, как ненужный элемент. Всё Петя, сливай воду, отстрелялся! – с надрывом изливал он душу Машеньке."
"Эту историю Цыганков пару лет назад самолично слышал от подгулявшего прапора в простуженном сквозняками плацкарте, когда возвращался из зоны домой. Бывший гвардии прапорщик опрокидывал в себя стакан за стаканом, но когда стал вспоминать Чечню, то неожиданно протрезвел, оборвал рассказ и закурил прямо в вагоне.
На мгновенье Цыганков запнулся, решая, примерять на себя личность ветерана Чеченской компании или остаться простым ратным тружеником. Машенька расценила это как эмоциональный срыв, и чтобы как-то помочь ему справиться с захлестнувшими воспоминаниями, взяла за руку.
– А руки у Вас и правда примечательные: сильные, привыкшие к тяжёлой работе. Такими руками гордиться надо! – с чувством сказала девушка и осторожно погладила ладонь рецидивиста.
– А знаете что, Машенька! Пойдёмте в ресторан. Мне по роду новой деятельности надо будет деловые обеды посещать, а я в окопах совсем одичал, забыл, как ножом и вилкой пользоваться. Вы бы мне за столом наглядный урок преподали, разумеется, за всё плачу я! – окончательно вошёл в роль Цыганков, и, не дожидаясь согласия, схватил девушку за руку и потянул в вагон-ресторан.
