А теперь я не могу отказаться от портнихи. У нее очередь на полгода вперед.
Марик легонько постучал кулаком по столу. Не для скандала, просто как жест.
— Хорошо, что на полгода вперед. А то ведь бывает иногда, что на полгода назад.
И посмотрел мне в глаза.
Я быстро посчитала, что такое было полгода назад. Кроме смерти мамы — ничего примечательного. И что он имел в виду, до сих пор не понимаю.
На даче во всем видимом вокруг пространстве лежал чистый белый снег. Я радовалась красоте с тишиной пополам. Саша находился в приподнятом торжественном настроении.
Это была наша первая встреча по-настоящему в независимом состоянии.
Я выбрала хорошую минуту и сказала:
— Вот мы с тобой вместе уже больше месяца. А ты ведь про меня ничего не знаешь. Тебе интересно?
— Что интересно?
— Узнать про меня, про мою жизнь. Что ты про меня думаешь?"
"Саша задумался. Потом ласково сказал:
— Я думать не хочу. Смотрю на тебя и любуюсь. И все. Зачем думать? Нам не по двадцать лет, чтобы переделывать свою жизнь. Если ты начнешь мне рассказывать, получится, что надо тебе помочь в чем-то.
Материально, конечно, — пожалуйста. А кроме денег — что можно сделать?
Саша говорил, как всегда, спокойно и точно. Возразить нечего.
И все же я ответила, как намечала заранее:
— Мне нужно посоветоваться. Просто совет — это никаких забот тебе не прибавит.
Саша рассмеялся:
— Мне — нет. А тебе, может, прибавит. Подумай, не надо сейчас ничего говорить. У нас счастливый день. Только и заботы — не пропустить свою электричку.
— Ладно.
Не отвечай ничего развернуто. Только «да» или «нет».
Вижу, Саше интересно. Я повела разговор дальше.
— Человек состоит из фактов и размышлений по поводу этих фактов. Да?
— Да.
— Факты таковы: у меня есть муж, дочь и сын. Дочь в школе, сын в армии. Муж — работает. Да?
— Да.
— Сына я боюсь. Дочь мне чужая. Мужа уже не люблю. Я ничего не делала специально, чтобы так получилось. Сложение обстоятельств и больше ничего. Но у меня осталась впереди жизнь, которую надо провести достойно. Мне тридцать восемь лет.
Почти тридцать девять. Ты старше меня. Но ты мужчина, и тебе возраст не помеха. А мне — помеха. Я старею на глазах. Моя жизнь кончена? Скажи одним словом.
Саша молчал. Я специально подвела, чтобы одним словом не получалось.
— Ты мне не раскрыла главного. Почему ты боишься сына, почему дочка чужая, почему не любишь мужа. Но я лезть не буду. Не надейся. Сказала — и сказала. Факт. Тем более я знаю в результате собственной жизни — важен результат. И точка.
