– Машта повернулась к одному из своих и отдала распоряжение: – Ладно, Колин, веди наших оболтусов на охотничью стоянку, а я пока с новичком тут разберусь, нужно его с крепостью ознакомить.
Четверо низуши почему-то переглянулись и рассмеялись, сверкая белозубыми улыбками.
– Понравился он тебе, Машта? – лукаво поинтересовалась Чупа.
– А с чего это ты взяла, подруга моя ненаглядная? – Моя знакомая хмыкнула, ничуть не обескураженная нескромным вопросом. – Мы же всегда возимся с новичками, а то вы сами не знаете. И, как пати-лидер нашей компашки, я просто обязана за ним присмотреть…
– Ага.
И вчера ты оказалась снаружи крепости только потому, что такая вот обязательная уродилась, – не сдавалась Чупа.
– Язычок у тебя как помело, Чупа. – Машта свела бровки «домиком» и с нарочито-строгим видом похлопала по ремню пращи, заткнутой за пояс. – Смотри, положу тебя через колено на правах старшей да отстегаю по мягкой голой попке, а наш новичок пусть полюбуется – вдруг ты ему с заду понравишься больше, чем он мне?
Низуши-парни отреагировали смехом, а Чупа довольно мило покраснела и не нашлась что ответить, лишь стреляла в мою сторону блестящими глазами.
Забавно – как-то не думал, что стану объектом женского внимания у представительниц другой расы. Наверное, люди здесь – существа экзотические. Поэтому нас тут и нет. Животрепещущая проблема, кстати, с которой пока не все ясно. Не поверю, что люди как бойцы хуже даже низуши. Что-то тут с людьми явно произошло, что-то нехорошее. Отсюда и все эти пренебрежительные намеки охтанов про нашу выживаемость… Не они ли к этому руку приложили, ведь именно охтанов здесь больше всех?
– Ладно, шутки шутками, а дорога неблизкая, нас ночная смена заждалась, – деловито напомнил самый серьезный из пятерки – Колин.
– Не задерживайся сильно, Машта, дел на всех хватит.
– А мы пока похлебку сварганим, – добавил Фаге, – опоздаете к жратве – добавки не просите.
– Во‑во, – с многозначительной ухмылкой подхватил Аркуш, – а то какие развлечения на голодный желудок, никакой страсти не получится…
– Аркуш! – На этот раз Машта рассердилась и притопнула ногой в стоптанном сапоге.
– Да ушли мы уже, ушли! – помахала рукой за всех Чупа.
И четверка низуши, негромко обмениваясь между собой шуточками и смехом, пересекла зал и бодрым шагом скрылась в ведущем в глубину гор проходе. Машта тут же согнала с лица напускное возмущение и заговорщицки подмигнула:
– Не боись, Зуб, приставать не буду, не слушай этих лоботрясов.
