Фурия по моему мысленному распоряжению осталась с ним, чтобы не мешаться под ногами, но готовая в любой момент броситься в драку при малейшей угрозе.
– А разве условия уже не выполнены? – Жальник вложил кинжалы в ножны и недоуменно поскреб пятерней затылок. – Вот же он, Феникс Крик. Ну и что с того, что дохлый. Раз мы нашли его труп, значит, легенда не врала. Так где награда, еханый бабай?!
– Подозреваю, нужно найти очередную подсказку. – Я пожал плечами с демонстративным спокойствием, но на самом деле волнуясь не меньше остальных.
– Запомните этот момент, девочки и мальчики, потому что это момент истины. Сейчас узнаем, ради чего мы корячились. Кроха, давай поближе.
Медленно обогнув кресло с магом, я остановился возле стола так, чтобы взглянуть в лицо мертвеца. Фейри снизилась и зависла над его головой, изливая желтый свет.
Так вот ты какой, Феникс Крик…
Несмотря на прошедшие столетия, он выглядел почти как живой. Холодное, бледное восковое лицо с закрытыми глазами, ястребиный профиль и короткая, выдающаяся клинышком бородка.
На вид ему можно дать лет сорок. Темная грива вьющихся, ниспадающих до плеч волос прижата к черепу тонким золотым обручем, усыпанным крупными драгоценными камнями и подсвеченным системой как «Связующая Диадема», без каких-либо дополнительных характеристик. Руки мага сложены на коленях, пальцы сжаты в кулаки, словно в сильнейшем напряжении. Одет в просторный балахон, ниспадающий до пят, явно не из дешевой ткани.
Из-под края одеяния торчат носки матерчатых туфель. Несмотря на тонущее в пыли помещение, на лице и одежде – ни пылинки. Магия-с.
– Так что делать дальше, Зуб? – нарушил тишину нетерпеливый голос Машты.
– Не гони коней, – осадил ее Жальник. – Щас шеф что-нибудь придумает. Не мешай мыслительному процессу.
– Угу, придумаю. – Я невольно хмыкнул. – С разбегу. Вот что, для начала все как следует осмотрим. Я займусь магом, а вы пройдитесь по комнате, но ничего не трогайте.
Ищите какие-нибудь ключевые предметы или тайные рычаги, в общем все, что достойно внимания. Рырк, ты лучше там и оставайся, сторожи лестницу.
– Рырк слушать, человек, – хрипло согласился ракшас, продолжая обнимать «Синхронизатор», словно любимую подушку.
Так, что у нас тут на столе… несколько скрученных в трубочку пергаментов, тройной канделябр с полностью выгоревшими свечами, высохшая чернильница и писчее перо рядом с ней.
