Все-таки это логово не предназначено для одиночек, проходка должна быть групповой и быстрой, и то, что я до сих пор жив и добрался до этого «Сердца», можно назвать лишь случайным стечением обстоятельств. Но об этом как раз лучше не раздумывать, чтобы не подрывать веру в и так невеликие шансы.
Сбросив котомку и «Пламень» на землю, опускаюсь следом, падаю на спину. Наверное, со стороны это выглядит довольно нагло, но преждевременного нападения не опасаюсь. Сейчас зал пустует, и по аналогии с бесовскими залами охранники появятся лишь после того, как я вступлю на их территорию.
Усталость такая, что любая ровная поверхность, на которой можно расслабленно вытянуться во весь рост, кажется желаннее любой самой расчудесной кровати. Закрыть бы глаза и уплыть в царство сна этак на годик…
Увы, спать пока нельзя. Займемся оценкой.
Опыт Крохи уверенно подбирался к десятому уровню, если прямо сейчас ее накопленными очками умений добить до третьего ранга «Духовную связь», то наверняка усилю энергетический обмен между нами тремя, но… но что-то мне подсказывало, что и здесь торопиться уже не стоит.
На данном этапе любое усиление увеличит и затраты на него, а с этим у нас проблемы.
Фурия…
Она уже догнала Кроху – тоже девятый с хвостиком уровень, и давно, как сейчас казалось – целую вечность назад, разучила «Метаморфа». Вот эту способность я развил без особых колебаний, получив на третьем ранге 150 % защиты и урона при преображении, но…
Все те же грабли.
Дикие энергетические затраты в 75 % от всех имеющихся запасов, которых требовало это умение, не позволяли экспериментировать безоглядно, особенно учитывая наше общее состояние хронического изнеможения.
Поэтому я так ее и не проверил в деле. Справились и без этого. Главоглазы на 15‑м уровне стали опаснее и норовили в зоне влияния оплести ноги корнями, выстреливавшими из земляного пола, но скорость убивания пока решала исход дела. Демоны, атаковавшие… кажется, еще трижды, отправились на вечный покой, не успев толком навредить – наши командные навыки расправы давно выработались до автоматизма.
Я чувствовал себя куклой, манекеном, настроенным для убийства и больше ни для чего не пригодным. Нора за спиной зарастала непрерывно, не позволяя задерживаться на одном месте больше одной-двух минут, поэтому Фурии приходилось вырывать куски из поверженных врагов и заглатывать мясо почти на ходу. И такому зверю, в которого вымахала дикоша, это было почти несложно – отрывать ляжку одним движением мощных челюстей.
