Она не стала добавлять, что никогда не убивала по собственному выбору. Что ж, если Рульфу не привыкать марать руки, тогда работорговля не показалась ему отвратительным занятием. Но Рульф – это Рульф. Как бы он себя ни величал, для них он – грязный пират. Они с Саэмом – ассасины Аробинна Хэмела: образованные, богатые, утонченные. Торговля людьми была ниже их достоинства.
Рульф криво усмехнулся и вдруг спросил:
– А твое поведение – оно объясняется твоим титулом? Или ты просто боишься иметь дело с людьми?
– Я – величайший ассасин всего континента, – вскинув подбородок, заявила Селена.
– Я никого не боюсь.
– Совсем никого? – изумился Рульф. – Я – величайший пират всего континента, однако я боюсь очень многих. И страх позволяет мне до сих пор оставаться в живых.
Она не посчитала нужным отвечать, но сердито подумала: «Грязная свинья, промышляющая работорговлей».
Рульф тряхнул головой и улыбнулся так же, как улыбалась она сама, когда хотела побольнее задеть Саэма.
– Мне странно, что Аробинн не научил тебя держать в узде свое высокомерие, – сказал Рульф.
– Твой спутник знает, когда нужно помалкивать.
Саэм громко кашлянул и подался вперед с вопросом:
– А как тебе удалось стать Предводителем пиратов?
Рульф водил пальцем по глубокой борозде, оставленной чьим-то тесаком.
– Как удалось? – переспросил он. – Очень просто: я убивал каждого пирата, который в чем-то превосходил меня.
Трое его товарищей шумно засопели, но не произнесли ни слова. Все они были старше Рульфа и успели хлебнуть больше, нежели он.
На их фоне он выглядел неотразимым красавцем.
– Самонадеянные умники потешались надо мной. Как же, разве этот сопляк, у которого всего один корабль и разношерстная команда, может выстоять против них? Но где они теперь? Кто зарыт в землю, кто пошел на корм рыбам… Вот так я зарабатывал себе имя и славу. А когда у тебя появляется и то и другое, от желающих примкнуть к тебе нет отбоя.
Селена молчала.
– Хочешь совет? – спросил ее Рульф.
– Обойдусь.
– На твоем месте я бы приглядывал за Саэмом. Быть может, Селена Сардотин, сейчас тебе нет равных. Но всегда найдется тот, кто выжидает, когда ты поскользнешься.
Саэм, этот вероломный паршивец, даже не скрывал своей ухмылки. Пираты посмеивались.
Селена повернулась к Рульфу. Ее живот сводило от голода. Ничего, потом она раздобудет себе еды на кухне.
– А ты хочешь мой совет? – спросила она Предводителя пиратов.
Он махнул рукой, давая понять, что слушает.
