Ни раньше, ни позже!
– Позвонила, наверное, в справочное, – заведующий зашел за шкаф, разгораживающий ординаторскую на официальное рабочее помещение и спальный закуток, – «Алло, кто сегодня дежурит? Юлия Евгеньевна? Очень хорошо, погода летная! От винта!»
Юля вежливо засмеялась. Когда она ушивала страшные разрывы печени и диафрагмы, ей было не до шуток. Придя сегодня на работу, она первым делом справилась о состоянии женщины, уверенная, что операция не помешала несчастной самоубийце достигнуть поставленной цели. Как ни удивительно, пациентка была жива, даже в сознании.
– Вот возьми, это тебе премия. – Заведующий протянул ей букет гербер в нарядной упаковке и коробку конфет.
Ясно было, что «премию» подарили ему благодарные больные, и он, не чувствуя потребности ни в цветах, ни в шоколаде, просто отдает ей ненужное, но все равно было приятно.
– Не я одна работала, Дубикайтису тоже досталось. Он гипсовал, скелетку накладывал, а потом на операции помогал.
– Самурай – человек опытный. О, вот и он, легок на поминках.
Тот влетел, подобно шаровой молнии, бесшумно и зловеще. Не поздоровавшись, молча потряс перед носом заведующего внушительным жилистым кулаком.
– Начинается! Чем я тебе опять не угодил?
– Елизавета сказала, оперблоку количественную часть премии не заплатят. Как вы такое допустили?
– Не заплатят? Я не знал…
– Должен знать!
– Но я думал, раз хирургия премию получит, оперблок автоматически тоже. Это же наше чисто служебное подразделение.
– Вот именно! Как прикажете нам сегодня смену работать? Юля захочет подать грыжу, а сестра скажет: «Вы купаетесь в деньгах, а нам фигу показали, оперируйте где хотите».
Юля с заведующим переглянулись. Грыжи были основной статьей побочных доходов. На плановую операцию нужно записываться в очередь, ходить в поликлинику, сдавать анализы, согласовывать со страховой компанией, которая то ли оплатит, то ли нет… Гораздо проще назначить больному явиться вечером и тут же прооперировать под флагом ущемления. Врачи получали живые денежки, и на показателях работы отделения это тоже отражалось положительно.
Так же Юля поступала и с сосудистыми пациентами, когда оперировать приезжала Маша Горошкина. За самодеятельность хирургов могли как следуют высечь, мол, подобные операции делаются только в специализированных клиниках, и страховая компания отказывалась оплачивать эти случаи. Поэтому в оговоренный день Юля направляла сосудистых больных в стационар с грозными диагнозами: критическая ишемия или разрыв аневризмы.
