Болотная трава уже пожухла, стала ржаво-желтой, но некоторые кочки были красны от клюквы, и Марина предвкушала, как сейчас будет прыгать от одной кочки к другой и собирать, собирать! Болото маленькое, ей хватит двух часов, чтобы его обойти, а потом она отправится на электричку – через лес, где красные кроны сменяют золотые, а под ногами пружинит изумрудно-зеленый мох.
Она очень любила гулять по лесу. А ведь эти прогулки приносили еще ягоды и грибы, существенное подспорье в хозяйстве.
Процесс собирательства вытеснял из ее головы все мысли, кроме простейших.
Гриб! Кочка с клюквой! Еще гриб! Опята! Ничего нет! Куда повернуть? Но сегодня опустошение мозга не удавалось. Она рассеянно проходила мимо урожайных кочек, потом спохватывалась, начинала собирать, но обычно ловкие пальцы вдруг замирали…
После операции прошло уже больше недели, но смерть несчастной женщины не давала Марине покоя. Она винила себя, проклинала Спирина, но больше всего убивалась по собственной судьбе.
Ведь и Маринино существование может в любой момент грубо нарушиться смертельной болезнью.
И так она уже носит в себе бомбу замедленного действия. Диабет пока помалкивает, но от него можно ждать всего, что угодно. Да вот хоть сейчас у нее от физической нагрузки упадет сахар – и ау!
Георгий, человек с высшим медицинским образованием, знает о таких случаях с диабетиками, но отпускает ее одну! Изображает заботу: не забудь мобильник и конфетки, но что от них толку, если она свалится замертво посреди болота? Кто сунет ей в рот леденец и позвонит по сотовому? У больного человека сахар может упасть так резко, что он не почувствует никаких тревожных симптомов и не успеет принять меры…
В унисон ее мыслям небо вдруг затянуло серой тучей, и пейзаж сразу стал мрачным, пугающим.
Разноцветные кроны разом поблекли, а засохшие стволы, торчащие из болота, превратились в угрюмые серые призраки. Закаркала ворона, и Марине стало совсем не по себе. Почему-то подумалось, что так же тоскливо выглядит преддверие ада…
«Интересная у меня психика! – усмехнулась она.
– Больна я, конечно, на всю голову, причем фобии органично сочетаются с депрессиями. Казалось бы, если не чувствуешь вкуса к жизни, если она уже много лет видится в серых красках, что же бояться смерти? А ведь если посмотреть со стороны, у меня нет причин убиваться: нормальный муж, замечательный сын, интересная работа. Диабет – это не рак, с ним живет один процент населения Земли, да и форма у меня самая легкая.
