Просто старалась не растерять последние остатки смелости рядом с этим мужчиной. Пытаясь понять, что же в нем изменилось за эти годы, пришла к выводу, что все и ничего. Внешность стала чуть грубее, но это лишь добавило ему мужественности и харизмы. Взгляд потемнел, стал еще более пресыщенным, непроницаемым и горделивым. Каждая черта и жест говорили о полной, несокрушимой самоуверенности, которая одновременно восхищала и пугала. Опасный и бескомпромиссный тип. Его кажущаяся уступчивость и готовность к диалогу, скорее всего, были обманчивой иллюзией… Сейчас он хотел быть снисходительно вежливым, дать ей ощущение свободы, но вовсе не факт, что так будет и дальше.
— Ты хотела задать мне какие-то вопросы… — сам подтолкнул он, отпивая немного вина. Кристина последовала его примеру, чтобы расслабиться. Тщательно взвешивая слова, она произнесла:
— Я не знаю, зачем ты меня позвал и какие у тебя цели… Но в любом случае, я должна чувствовать себя в безопасности. Поэтому… я хочу знать, что ты за человек, если мы продолжим общаться…
— Я слушаю, Кристина…
Его спокойствие внушало бы доверие, если бы она раньше не знала другого Луку, вовсе не такого уравновешенного и деликатного.
Поэтому она продолжила, предусмотрительно спрятав взгляд в бокале с вином.
— Когда-то я видела кое-что в твоей комнате, — начала она, но на пару секунд замялась. — Видео с одной девушкой… Ты был с ней очень жесток."
"Мучительно зависшая пауза. Глубокая затяжка, медленный выдох дыма. Кристина сглотнула.
— У меня было много девушек.
Но я понимаю, о чем ты. О каком бы видео ни шла речь, полагаю, она сама этого хотела.
Ее глаза невольно расширились, дыхание участилось, между бровей пролегла упрямая складочка.
— Так ты оправдываешь свое желание бить женщин?
Еще одна затяжка и мягкий сексуальный выдох. Он не пытался прятать взгляд, хотя по всему было видно, что едва ли он доволен этой темой.
— Это не оправдание, — Лука коротко качнул головой. — Я никогда не притворялся хорошим. Это объяснение. Некоторым людям нравится играть в жертву и хищника.
Одна из самых распространенных фантазий у женщин — быть изнасилованной и униженной доминирующим партнером. Но большинство не может решиться на подобный эксперимент. Останавливает страх перед реальной опасностью, перед болью, и моральные принципы. Кто-то готов попробовать, но не может найти партнёра, которому можно доверять. Лишь единицы решаются на то, чтобы воплотить свои фантазии. Не вижу в этом ничего предосудительного.
