– Не бойтесь, я не собираюсь нападать, – сказал я на ходу, чтобы проверить действие переводчика.
И он снова сработал!"
"Мозги сгенерировали фразу на родном языке, а наушник перевёл уже на чужеродный, я лишь повторил за ним (наверняка, с жутким акцентом). И опять будто кто-то сидел в голове и помогал. Странновато, но, если привыкнуть, то пользоваться можно.
Я старался не делать резких движений, чтобы никого не напугать и не нажить проблем. Прежде чем пугать людей и наживать проблемы, нужно выяснить, с кем я имею дело.
К тому же, пока меня никто убивать и не собирается, если не считать попытку утопить, чтобы потом спасти (интересно тут врачи практикуются).
Мои босые ноги ступили на траву, и только сейчас я ощутил, что всё-таки успел их обморозить. Кожа ныла, а больших пальцев я почти не чувствовал.
С пальто потекли ручьи, но снимать его с себя я не спешил: на рукаве осталась вшитая руна, и если она сработает, то может сильно пригодиться.
– Эй! Что за визг, неженки? И кто это тут у нас? – вдруг послышалось со стороны плетёной изгороди и сада.
Меня сразу напрягло.
Если раньше все голоса вокруг были только девичьими, то этот оказался мальчишеским.
***
Я повернул голову и встретился взглядом с невысоким азиатом-крепышом, загоревшим и жилистым. Его чёрные волосы были собраны в хвост на затылке, а виски побриты так, что угадывался орнамент из квадратов.
Парень шёл вместе с парой дружков примерно той же боевой категории, только ростом вдвое выше.
Таких у нас в школе называют ратоборцами: кулаки, как молот, бычья шея, а лбом можно поезда останавливать, даже несмотря на возраст.
Лет этим длинноволосым незнакомцам было не больше, чем мне. И судя по сходству лиц, это были братья.
Все трое носили широкие штаны, похожие на юбки в складку, соломенные сандалии и короткие запашные халаты тусклого синего цвета, обхваченные поясами.
А ещё к руке каждого чуть выше запястья крепился маленький квадратный щит, обитый сталью и украшенный письменами. Эти щиты больше напоминали громоздкие мужские часы.
На фоне этих парней, даже самого низкого из них, я выглядел тощим и хрупким – болезнь и истощённость всё же отражались на внешности.
– И кто тут наших Целительниц напугал? О! Снежный мальчик! – осклабился первый длинноволосый, разглядывая меня.
Он не удивился тому, что я блондин. Значит, выезжал из деревни.
Парень тут же подтвердил мою догадку.
– На бледнолицых я насмотрелся, когда гостил у дяди в Северном Нартоне. Это же нартонец. Да ещё в какой-то форме.
