Я вышла из своей машины и бочком, аккуратненько так, приблизилась к золотистой «Хонде Цивик» на достаточно близкое расстояние.
– Ил, – донеслось до меня, – ты представляешь, в какую ж…у я попал: меня уволили с работы… Да, только что… Какая-то гнида запустила вирус в наши компьютеры… Да ты не понимаешь, там крутили ролик, как я в институте дерусь с этим придурком Лехой Травкиным!.. Как я мог это убрать, ты соображаешь, что говоришь?!.. Да, целый час крутили и крутили! Черт!.. Шеф влетел ко мне и орал, чтобы я выметался из его фирмы, что он не потерпит у себя таких хулиганов… ну, и все в этом духе… Ил, детка, мне так хреново! Можно, я приеду к тебе сегодня?.
. В городе будет ночевать? Так чего лучше?.. Не помирились с того дня? Да ладно, помиритесь еще: я его знаю, он тебя рано или поздно простит… Да, пожалуй, ты права: на даче пока опасно… А если в какой-нибудь загородной гостинице? Харчевня «У дядьки Тараса»? Знаю! Так я приеду, Кролик, и мы с тобой немного развлечемся, лады?.. В восемь? Все! Буду. И, кстати, это… деньжат подкинь, а?.
. Да сколько не жалко… Ну, спасибо тебе, солнце мое! Все! Жди!
Виссарион убрал мобильный в карман и завел машину. Так-так… Значит, сегодня наш страдалец будет в загородной гостинице искать утешения у своей мачехи? Как это я, однако, удачно здесь дождалась его! Что ж, думаю, сообщить об этом папочке будет вовсе не лишним. Пусть благородное семейство соединится вновь! И побудет вместе хоть несколько минут. А там – как пойдет…
Я выжала сцепление и отправилась к отделению ГИБДД, где трудился Кинделия-старший.
Глава 15"
"Итак, наши старания не пропали даром: папуля с сынулей были, что называется, на ножах, к тому же сынулю отчислили из института и уволили с престижной работы. Наша затянувшаяся разведывательно-подрывная деятельность дала свои результаты. Кинделия-младший был теперь страшно зол на весь мир. Оно и понятно: он привык сам издеваться над другими, а вот теперь издеваются над ним!
Но я, разумеется, не собираюсь останавливаться на достигнутом: буду продолжать трепать ему и его папочке нервы.
Во-первых, передам запись любовной сцены мачехи и пасынка Шило, чтобы он разместил ее в Интернете. Во-вторых, сейчас же сообщу господину Кинделия-старшему, где сегодня вечером его сынок и неуемная женушка будут по-семейному мило коротать вечерок. Вот теперь, наверное, придется все-таки рискнуть и подложить записку под «дворник» на лобовом стекле папочкиной «Мицубиси». Я взяла сумку и нашла там клочок бумаги и фломастер.
