– Теперь ты – сорокалетняя тетка! Зачем ты так себя изуродовала? Тебе не идет…
– Зато кардинально меняет мою внешность. Ну, кто теперь узнает меня в этой тёхе, клуше и старой деве? Ты обратила бы на меня внимание, если бы встретила на улице?
Света пожала плечами, а потом отрицательно мотнула головой.
– То-то же!
Я достала из шкафа серое в мелкий цветочек старомодное платье и белую панаму с большими полями.
– Главное в нашем деле – иметь алиби! Запомни это. И еще – картавить…
В отделении полиции было прохладно и пусто.
За стеклянной будкой сидел скучающий дежурный, молодой парень, который лениво остановил меня.
– Ваш паспорт, гражданка! – сказал он.
– У меня нет паспорта, – соврала я, старательно картавя.
– Как это нет? Где же он?
– Так я потому и пришла к вам, что паспорт у меня украли! Вы представляете – украли паспорт! Прямо в транспорте среди бела дня! Я вот хотела написать заявление…
– Тогда пройдите в комнату 111, это вот по этому коридору, направо…
– Спасибо!
Я решительно шагнула в коридор, который мне указал дежурный, но, дойдя до лестницы, свернула на нее и поднялась на второй этаж.
В этом коридоре были люди – трое или четверо мужчин толпились около соседнего с портянкинским кабинета. Мне пришлось походить по коридору и почитать таблички на дверях, потом сделать вид, что изучаю какой-то стенд. Но как только мужчины скрылись за дверью, я быстро подбежала к кабинету следователя Портянкина, остановилась около двери и огляделась. Теперь в коридоре было пусто, только откуда-то сверху доносился громкий разговор.
Я быстро достала из сумочки бумажный конвертик, на котором было написано крупными печатными буквами: «У Портянкина сейчас лучший друг – противогаз». В конверте лежал диск. Сунув его под дверь, я развернулась и в темпе пошла обратно к выходу.
Дежурный даже не поднял на меня глаза, он увлеченно листал какой-то журнал. Выходящие его не интересовали, ведь он уже проверил у них документы, когда впускал в отделение…
Завернув за угол здания, я села в арендованный «Форд» и включила зажигание.
Все, сейчас Портянкин получит запись, прослушает ее на своем компьютере и, надеюсь, «притухнет». Может, он даже оставит Гриню в покое. Во всяком случае, я на это надеюсь. Ну, а если непонятливый следователь и после этого будет приставать к нашим городским поэтам, придется-таки обнародовать сцену пытки гражданина Буйковского.
Вечерело. Я подъехала к «Желтой сове» на арендованном «Форде».
