И стоило такую муру заклеивать в конверт и прятать в книге?
Полина не была большой любительницей поэзии Теннисона да и Бодлера когда-то читала, но желания перечитать их вновь у нее не возникло. Лучше уж она почитает записки «искушенной» блондинки. Она засунула записку между страниц и, открыв книгу наугад, погрузилась в чтение.
«…выпарить кошачью мочу, — советовала книга, Полина усмехнулась, — добавить настойку чистотела, свежих сливок, мед, соловьиный помет, — еще лучше, — лунной росы, все перетереть и нанести сие снадобье на лицо.
Проделывать не реже пяти раз в месяц, следя за луной, и вечная молодость станет залогом вашей красоты».
«Сомневаюсь», — подумала Полина. Настроение ее улучшилось. Она прочла еще парочку столь же экзотических рецептов, пока они ей не наскучили, затем перелистала еще несколько страниц, пока не дошла до советов по обольщению любовника на первом свидании. Тут Полине пришлось зардеться после первых же строчек.
«…облачение выбери легкое, как дымка тумана поутру, но не показывай ему своих прелестей, тонкие изгибы и округлости твои должны манить, зажигать, а не кормить досыта, разожги воображение, действительность скучна, мечты вдохновляют.
Прикасайся легко, нежно, грудь твоя после касания нальется желанием, сосцы станут острыми, устремившись к нему навстречу. Помоги ему скинуть одежду, ускользай, лаская, касайся его смело, но глаза твои должным быть стыдливы и кротки, а взгляды коротки и смущены…»
Ничего слишком уж откровенного в книге не было, да и картинка, на которой облаченная в легкую алую кисею блондинка прижималась к статному любовнику, тоже была весьма скромна.
В той же рекламе духов или мыла по телевизору увидишь больше, но отчего-то прочитанные строки рождали в Полине неведомые ей прежде чувства и мысли. Признаться откровенно, весьма похотливые.
— Тьфу, какая гадость! — отбросив в сторону книгу, воскликнула Полина, устыдившись самой себя. — Веду себя как пятнадцатилетняя дурочка.
Она вскочила с кровати, встряхнулась и отправилась на кухню мыть посуду. А в голове ее все вертелись картинки того, что вытворяет сейчас со своим любовником «искушенная блондинка». Да ничего она не вытворяет, одернула себя Полина. Она давно уже умерла. Разложилась в своей могиле, и даже прах ее истлел!
— Полина! Как хорошо, что вы пришли! — кинулась ей навстречу Антонина Ивановна. — Нас обокрали! Я уже полицию вызвала. И Инны Яковлевны как назло нет.
