— Я тогда, признаться, не очень серьезно восприняла ее сетования, уж очень они были какие-то путаные, а потом, когда она легла в больницу, я даже обрадовалась, что ее подлечат, думала, что наш последний разговор был проявлением развивающейся деменции.
— Чего развивающейся? — не понял Никита.
— Деменции, — повторила Лидия Георгиевна. — Попросту говоря, старческого маразма. Возраст, знаете ли, никого не щадит. Но, очевидно, я ошибалась, мне надо было внимательнее выслушать Аглаю, настоять, чтобы все мне рассказала, а я проявила интеллигентскую бесхребетность, тактичность, чтоб ее, — сердито стукнула маленьким кулачком по подлокотнику Лидия Георгиевна.
Но Никита из всего рассказа ухватил главное и теперь был намерен выяснить все до конца, чтобы майор к нему по имени-отчеству не обращался.
— Лидия Георгиевна, а в какой связи Аглая Игоревна упоминала свою бабушку? При чем здесь она?"
"— Бабушку? Ах да. Вы же не знаете истории их семьи, — покивала седенькой головой Лидия Георгиевна. — Ее бабушка графиня Вейсбах была женщиной сильной, решительной, когда ее второго мужа по подозрению в монархическом заговоре забрал НКВД, или, может, в это время было ОГПУ? Не помню, не важно.
Забрали, одним словом, она не стала дожидаться, когда придут и за ней. Не хотела, чтобы дети ее пострадали, чтобы к ним ниточка потянулась, и покончила с собой. А ей еще только-только пятьдесят исполнилось. Молодая совсем была. Так-то.
— И именно о ней вспоминала Аглая Игоревна перед больницей?
— Именно!
— А может, ей кто-то угрожал, преследовал?
— Может быть, — виновато проговорила Лидия Георгиевна.
Ну что ж, радостно потирая руки, скакал вниз по ступеням довольный Никита, бабушка, покончившая с собой, чтобы спасти семью, тревога и намеки — это уже кое-что. Значит, старушка чего-то боялась, значит, они копают в нужном направлении. И вот как это все у майора так ловко получается? Что ни выстрел, все в десятку! А они с Рюминым вроде бы уже не один год при майоре крутятся и вроде бы те же самые дела расследуют, а результата такого нет.
А может, еще будет? — с надеждой подумал Никита, ведь не глупее же они майора? Вот тут у Никиты нежданно зашевелились неприятные, даже унизительные сомнения, которые он, впрочем, немедленно отогнал.
— Встретиться? Ну, разумеется, приезжайте, — сразу же согласилась на встречу с Денисом Рюминым Ирина Григорьевна. — Или вы хотите, чтобы я к вам приехала?
— Нет-нет. Я сам, — успокоил ее Денис.
