Наш градоправитель, мессир Хайнц. Он не из дворян, из простых. Но покойный граф его жаловал. Во он и дослужился.
- Его не было тогда в зале? Не припоминаю.
- Не, не было, - покачала головой девушка. - Не того полета он птица, чтоб попрошайничать,как остальные. Высоко летает, да низко серит.
Я едва не подавилась пирожком от простоты своей горничной.
- Не нравится он тебе?
- А что он, червонец, чтоб нравится? - буркнула Риз, отводя глаза.
- Так что произошло? Рассказывай.
- Да что там рассказывать, - пожала плечами служанка.
- Не успела земля остыть на вашим папенькой, как градоправитель снова ввел отмененные налоги. Да еще какие! Моему отцу приходится даже ночью работать, когда налог не собирается… И все якобы на то, что надо восстановить земли и все такое.
- Ах, вот оно что. Как интересно…
Пока мы разговаривали, мессир Хайнц словно сквозь землю провалился, хотя я минут десять пыталась рассмотреть его долговязую фигуру среди толпы.
Ладно. Я поставила себе мысленную зарубку обязательно найти градоправителя и переговорить с ним.
Все же, он должен быть одним из тех, кто искренне заинтересован в развитии Глассершира. Странно, что он этого не делает.
Даже если ты нечистый на руку чиновник, куда выгоднее быть вором и бюрократом в процветающем городе, чем в нищей провинции. Или этому крохобору настолько плевать на теоретические доходы в будущем, лишь бы урвать здесь и сейчас?..
Кто знает. Мне не понять.
Задумавшись, я ступила на мостовую и с запозданием услышала предупреждающий окрик Риз.
Я обернулась.
Крики торговцев, смех детей, звон кузнечного молота где-то вдалеке - все это вдруг стало фоном, словно кто-то приглушил звуки, когда я услышала топот копыт.
Сердце замерло, а потом заколотилось так, будто хотело вырваться из груди.
На меня неслась груженая повозка, запряженная взмыленной лошадью. Ее глаза были дикими, ноздри раздувались, а изо рта летели клочья пены. Телега раскачивалась из стороны в сторону, грозя разнести все на своем пути.
Возница, бледный как полотно, отчаянно дергал поводья, но было ясно - он не справляется.
Глава 10
Я замерла, как кролик перед удавом. Ноги будто вросли в землю, а мысли путались, не находя выхода. ""Беги!"" - кричал внутренний голос, но тело не слушалось. Все вокруг замедлилось: я видела, как из-под копыт летят искры, как повозка, скрипя, наклоняется набок, как люди на улице в ужасе разбегаются в стороны.
