Еще бы… Ладно, будем надеяться, что милиция подкатит вовремя и добавит переполоху…
Но быстро же прикатили! Вычислили или в гостинице еще со старых времен остались стукачи? Черт, какая разница…
Сноровисто и быстро сделал «натяжку» – граната с выдернутой чекой покоится в банке, примотанной к ножке тумбочки у двери в ванную, вокруг расставлены закупоренные бутылки шампанского, вся эта машинерия связана с дверной ручкой. Когда выломают дверь – хватит и грому, и звону, и летящих осколков стекла…
Для безвинного гостиничного персонала нет ни малейшей опасности – даже самый неопытный оперативник в такой ситуации кинется вышибать дверь самолично, персонал моментально (и справедливо) будет заподозрен в сговоре с беглецами и отстранен от любых действий…
Приблизил лицо к холодному стеклу.
Окна выходят на задворки гостиницы – кухня-пристроечка к главному зданию, гаражи, огромные мусорные баки… А отчего это худая бродячая собака вдруг встрепенулась, поджалась, уставилась в сторону?
Но выбора не было. Мазур распахнул створку, вскочил с ногами на кресло.
До земли было метра два – первый этаж невысокий… Вроде тихо…
– Давай! – мотнул он подбородком.
Джен, не колеблясь, вскочила на кресло, встала коленкой на подоконник. В лицо ударила вечерняя прохлада. Спрыгнула во двор, присела, но тут же выпрямилась, обернулась к нему.
Мазур, аккуратненько перенеся ногу через подоконник, прыгнул следом. Во дворе было темновато, большинство выходивших в него окон не горели. Он забрал у Джен пистолет, опустил руку, прижав глушитель к колену, повернулся к зданию левым боком – кто-то уже приплюснул любопытную физиономию к окну первого этажа, но свет в комнате погасить не догадался, и оттого, ручаться можно, ничего не видел.
Ох ты, да он же тепленький еле… Порядок.
Несколько секунд он чутко прислушивался, махнул Джен, и они направились заранее присмотренной дорожкой, мимо мусорных баков, к гаражам, откуда без проблем могли попасть во дворы прилегающих домов. Собака шарахнулась – но не от них…
Из-за гаража выдвинулась темная фигура – на уровне пояса тускло сверкнул вороненый металл – окликнула, еще без уверенности, подчиняясь рефлексу гончей:
– Эй, там! А ну-ка, сюда…"
"Мазур нажал на курок.
Фигура подломилась в коленках, застыла, потом невероятно медленно рухнула на усыпанный кухонными отбросами асфальт. Какую-то долю секунды Мазур пребывал в жуткой растерянности – что, если все же случайный прохожий? Но когда на асфальт со стуком упал «Макаров», отбросил всякие сомнения.
