Похоже, оба одновременно испытали странное, ни на что не похожее ощущение: впервые после долгих шатаний по изначальной чащобе увидели вновь дом, забор, трактор…
– Ну как? – с ноткой хвастовства спросил Мазур, словно это его волей впереди возникло творение рук человеческих.
Какой-то миг Мазуру казалось, что Джен кинется ему на шею от избытка чувств. Нет, к сожалению, не поддалась эмоциям. Спросила по-деловому:
– Это место есть у тебя на карте?
– Нет, – сказал он.
– Мы либо здесь, либо здесь… Посмотри. А железная дорога километрах в тридцати к югу.
– Похоже на ферму…"
"– У нас это в старые времена называлось немного иначе, – сказал Мазур, поднимая к глазам бинокль. – Но сейчас и фермы появились… Ага. Ручаться можно, все это как раз и принадлежит этакому новоявленному фермеру, такой вид, словно он совсем недавно сюда перебрался и начал обустраиваться. Шест для антенны совсем новый, а ворота того и гляди упадут… Да и половина сараев без крыш.
Хочешь посмотреть?
– Нет. Лучше пойдем туда.
– Погоди…
Сколько он ни всматривался, признаков жизни не уловил – никто не появлялся во дворе, даже собаки не видно и не слышно. Впрочем, сегодня воскресенье… нет, какое дело деревне до красных чисел? А впрочем… Картошка убрана, могли и в гости к кому-то уехать…
– Пошли, – сказал он.
Чуть ли не половину расстояния пришлось преодолевать по полю – по влажноватой, рассыпчатой земле, где высокие ботинки вязли чуть ли не по щиколотку и моментально украсились полупудом грязи.
Потом началась стежка, плотная, утоптанная, делившая поле примерно пополам и мимо хутора уходившая куда-то в березняк.
На ходу Мазур достал из внутреннего кармана удостоверение, сдул невидимые пылинки, раскрыл, полюбовался собственной физиономией в пехотном мундире с полковничьими погонами. Три печати, золотой двуглавый орел на обложке, золотое тиснение… Полковник Сташук Виктор Степанович, начальник шестого отдела Западно-Сибирского управления федерального комитета охраны и профилактики предприятий атомной энергетики.
Разрешено ношение оружия, автомат номер… пистолет номер… Внутрь вложено вчетверо сложенное командировочное предписание, выданное тем же комитетом, сроком на два месяца.
Удостоверение выглядело крайне представительно и авантажно.
