В нашем нынешнем искаженном мире только сытые романтики используют людей в качестве живой охотничьей дичи – более приземленные прагматики быстренько смекнули, сколь выгодны бесплатные рабочие руки. А риск не так уж велик – кто будет искать бичей или беспаспортных китайцев, нелегально просочившихся в страну?
Капитан с набитым ртом пробубнил:
– Мы первые, кому удалось оттуда сбежать. С одной стороны, приятно даже, а с другой – душа в пятки уходит…"
"«Логично, – подумал Мазур. – Если вспомнить, что где-то неминуемо должны быть купленные чиновники, менты и прочие холуи, – без таких нелегальный прииск просто не выживет.
Судя по рассказу, пусть беглому и отрывочному, это, конечно же, сложившаяся система, отлаженный механизм… Какой нелегал или бич, даже вырвавшись из тайги, сунется с жалобой к властям? Забьется поглубже или сбежит подальше…»
– До Шантарска рассчитывали добраться? – спросил он.
Капитан кивнул, проглотил огромный кусок, едва не поперхнувшись:
– А куда же еще? До Шантарска – и домой со всех ног.
Вы уж простите, как-то не тянет искать правду. Я здесь – иностранный подданный, коробейник с видом на жительство. Сломают, как сухое печенье. Они там завели настоящие досье – сфотографировали, сняли отпечатки пальцев, заставили подписать контракты – мол, добровольно просим принять на работу в какое-то там старательское товарищество с ограниченной ответственностью, обязуемся под угрозой неустойки отработать три года. Контракты, что характерно, с открытой датой. Мы многое успели обсудить – от скуки и от голода остается только разговаривать.
Ли, – он показал на одного из китайцев, – хотя и нелегал, а дома был инженером, мужик начитанный, интеллигент… И пришли к выводу, что жаловаться бесполезно. Если даже туда и поедут власти – там наверняка, зуб дать можно, обнаружится самое культурное хозяйство…
– Уж это точно… – проворчал Маэур. – А что же в КГБ стремились?
– Чтобы не приняли за настоящих зэков. Не сомневайтесь, я все могу подтвердить… если только Жамолай, муж сестры, еще в Шантарске.
Мог и уехать с моими документами. Поискал меня по моргам и уехал – что тут еще сделаешь?
Мазур покосился в сторону – Джен, судя по глазам, умирала от любопытства, но дисциплинированно молчала. Из редких реплик на корявом английском она, конечно, суть дела уяснить не могла…
– Все в таких робах? – кивнул он на одежду.
– Да. Для надежности…
– А автомат? Я так понимаю, одному из охранничков очень не повезло?
– Двум, – сказал Жаксабаев с застывшим лицом.
