Все-таки те, кто его в свое время готовил, звезды и ученые звания носили не зря…
Бесцеремонно запустив руку в карман ее бушлата, Мазур извлек револьвер, отбросил подальше, встал на колени и еще бесцеремоннее принялся возиться с застежками комбинезона.
Вот тут она быстренько привстала:
– В чем дело?!
– Ты очаровательна, – сказал Мазур голосом завзятого уличного приставалы, каковые по обе стороны океана, в общем, одинаковы. – Вот я и решил, что не стоит отпускать тебя на тот свет, не разделив предварительно с тобой страсть…
И навалился, разбрасывая ей руки, грубо целуя в шею.
На какой-то миг и в самом деле потерял над собой контроль, ничуть не играя – хороша была, чертовка, тут же справился с собой и продолжал грубо тормошить ее, без малейшей фальши изображая охваченного похотью орангутанга. В отсутствии фальши он твердо убедился по ее сопротивлению – Джен отбивалась что есть сил, всерьез, панически, забыв про боевые искусства…
Когда она, по расчетам Мазура, дозрела, он разжал руки—и успел получить ногтями по щеке – откатился в сторону, делая вид, что девчонка его одолела.
Она вскочила, вся расстегнутая и растрепанная, сгоряча полезла в карман за револьвером и, обнаружив там пустоту, отпрыгнула к выворотню, наконец-то догадавшись встать в классическую «дикую кошку»:
– Не подходи! Скотина!
Мазур, потирая тыльной стороной ладони царапины на щеке, уставился на нее с хмурым одобрением. Вот что значит нащупать больное место…
– Молодец, – сказал он, покосившись на испачканную кровью ладонь.
– Обожаю добродетельных девочек…
– Не подходи! – И не думаю, – сказал Мазур. – Ну, опомнилась? Застегни все, и пойдем…
Похоже, до нее медленно-медленно начинало доходить. На лице играла разнообразнейшая гамма эмоций – так что Марсель Марсо позавидовал бы. Опустила руки и зло выдохнула:
– Скотина. Психолог долбаный. Солдафон, медная башка…
Мазур вразвалочку подошел к ней, взял за плечи – она сначала непроизвольно шарахнулась, но опомнилась, гордо вздернула подбородок, – посмотрел в глаза и сказал, цедя слова:
– Кьюти[21] , это ты у меня в первый и последний раз показывала характер.
Ясно? Коли уж я теперь нащупал твое слабое местечко, ничего не поделаешь. Я тебе даю слово офицера: если опять пойдут капризы типа «я дальше не пойду» или «я сломалась» – оттрахаю во все дырки так, что ты и в порнофильмах не видела…
– Я порнушки не смотрю, – огрызнулась она. – Только по работе, если придется…
– Это детали, – сказал Мазур. – Ты пойми, я не шучу.
