– Я хотел бы перенести наши вещи из аэра в дом».
«Не стоит, – отозвалась геянка, – пусть дожидается нас в полной готовности к походу. Сюда едва ли кто отважится спуститься».
«Я все равно выйду».
Влад поднялся на второй горизонт дома-сферы и вылез через дыру в его боку наружу.
Здесь ничего не изменилось за то время, пока они гостили у инка, управляющего бункером Пайола Тота, который странным образом уцелел со времен войны с ФАГом. Все так же светилось голубизной в просветы между зарослями нагуалей небо, сверкали снежно-ледяные утесы, мрачно нависали со всех сторон черные колючие «ежи» нагуалей, создавая неповторимый, не поддающийся воображению никакого художника-абстракциониста, удивительный пейзаж остывшего ада.
И по-прежнему на «дне мира» царила торжественная, звенящая, невыразимая словами тишина…
Кто-то тихонько вздохнул за спиной.
Влад медленно обернулся, пребывая во власти созерцательной задумчивости, сбросил оцепенение.
– Сон!.. – выговорила Ванесса. Облачко пара сорвалось с ее губ; вне дома температура держалась градусов на десять ниже нуля.
– Красиво и… жутко! Я, наверное, никогда не привыкну к этим черным колючкам!
– Человек привыкает ко всему.
Ванесса очнулась, с удивлением посмотрела на Влада, потом засмеялась, целуя его в нос.
– Не знала, что воин может быть таким сентиментальным. Или этим отличаются все земляне?
Добавила, увидев его сдвинувшиеся брови:
– Не сердись, я знаю, что все знаменитые воины были философами, и ты из их числа.
А «дно» Земли действительно впечатляет.
Ходоки вернулись в кабину метро, и Ванесса скомандовала:
«Запускай нашу ракету, хозяин. Живы будем – не помрем».
Дверь в кабину закрылась, свет погас, затем наступила невесомость, ударило в ноги, в голову, короткая дурнота погасила сознание, и свет зажегся снова.
– Поздравляю, приехали, – вслух сказала Ванесса.
НА СОЛНЦЕ
Первое впечатление – меньшая, чем на Земле, сила тяжести, отчего тело кажется легким воздушным шариком.
Второе впечатление – иная атмосфера. Воздух в этом месте имел иной газовый состав и был плотнее, чем на Земле, хотя им вполне можно было дышать.
Третье впечатление относилось к сугубо личностным, внутренним, паранормальным ощущениям: Владу показалось, что они попали внутрь огромного, заполненного звенящей нотой напряженного противоборства неких сил, замкнутого пространства в форме яйца.
Что чувствовала Ванесса, он не знал, а спрашивать постеснялся.