— Не рад?
— Чему тут радоваться, скажи? Я не следил за государственными делами последние полгода и не знаю, насколько они хороши.
— Узнаешь, тебе ли не узнать. Не жалей их, понятно? Они думают главным образом о себе, но никак не о Фаро.
— И отчего же ты не сделал так, чтобы интересы Фаро стали их интересами? — усмехнулся Фалько. — Или ты только кнутом и палкой, больше не умеешь никак?
— Вот они все тебе уже очень скоро достанутся, а я с того света погляжу, кто кого — они тебя или ты их.
— Что-то я сомневаюсь, что в Предвечной Тьме тебе предоставят такую возможность.
— Ты не оставляешь мне шанса на лучшее, — Гульэльмо улыбнулся, а выглядело это как оскал. — Думал, я пережил все свои чувства к тебе, но нет. Я по-прежнему тебя ненавижу. И надеюсь, что твоё чувство долга не позволит тебе всё это бросить, но и прежней радости в жизни у тебя тоже не будет.
— И с такой мыслью ты ещё хочешь для себя какого-то приличного посмертия? — Фалько позволил себе изумиться. — Вообще тебя не должно волновать, что будет потом.
Ты этого уже не увидишь. И не узнаешь, нашёл ли я во всём этом какую-то радость жизни или же нет. А если найду?
Он подмигнул злящемуся брату, поднялся и вышел наружу.
Там образовалось что-то вроде приёмной. Магистр Джакопо беседовал с Карло Рецци, к Магистру Лучей присоединился Леонардо, и они что-то оживлённо обсуждали с Аньоло Легато, Магистр Света стоял с парой, очевидно, целителей и обсуждал обезболивающие составы, прочие разбрелись по помещению и просили арро, вина, воды, закусить и что там ещё кому было надо.
Мальчишки ожидали здесь же, и Серафино почтительно слушал мужчину, такого же светловолосого, как и он, с седыми висками, на вид одних лет с Фалько. Очевидно, это его отец, господин Адальберто Криченца, глава дипломатического корпуса. Про остальных потом можно будет разобраться, кто есть кто.
Фалько вышел и прислонился к стене, скрестив руки на груди. Молча. Галеотто тут же подлетел и встал рядом, Серафино вежливо поклонился отцу и тоже подошёл.
— Господа, пока мой брат жив, все разговоры о том, что далее, считаю преждевременными. Но если кто-то не согласен с его решением, то у нас есть ещё одна кандидатура. Магистр Джакопо, я не ошибаюсь, в Ордене Сияния проживает светоч научной мысли и богослов Магнус Амброджо, который приходится мне племянником, ибо родился в семье нашей с Гульэльмо сестры? — и посмотреть так… недобро.
Магистр аж поперхнулся, как услышал это имя, особенно про светоч.
