У ткани была странная ширина — примерно метр двадцать, а измеряли её вроде как локтями — наматывали на локоть и считали обороты. Лизавета не сообразила, сколько же нужно на платье. Помнила рассказы коллег по студии, которые шили себе шестнадцатый век — что много не бывает, потому что там и складки, и буфы на плечах, и головной убор, и кошелёк, и ещё обувь обшить в тон платью. Поэтому она просто в какой-то момент сказала — вот столько. И ещё в той же лавке купили серебряной тесьмы и лент. И серебряную сеточку для волос.
А в соседней — много жемчужного бисера на расшивку, и Тилечка ворчала, что в Фаро тот же самый бисер обошёлся бы им вдвое дешевле. У кружевницы купили кружево — скромное, сантиметра два шириной, но очень красивое. А потом отправились к ювелирам.
Ходили, смотрели, приценивались. Потом сговорились-таки на два десятка мелких серебряных пуговиц, и брошку для Тилечки, и ещё мешочек маленьких цветочков, которые можно подвешивать на тоненькую цепочку, а можно пришивать на платье, и Лизавета собиралась сделать именно это.
К слову, иглы и нитки тоже купили — преотличнейшие.
Когда все швейные покупки для Лизаветы и Тилечки были сделаны, оказалось, что мальчишки куда-то исчезли, все трое. Лизавета хотела попросить кого-нибудь из них донести до замка тюк ткани, а получилось, что его забрал Сокол. Все мелкие приобретения она сложила в новую поясную сумку, и очень этому радовалась.
У неё осталось ещё немного денег, и она несмело предложила — наверное, здесь есть заведение, где кормят чем-нибудь местным и вкусным, может быть, они поищут? Она готова накормить всех помощников, ну, насколько у неё хватит денег.
Сокол поддержал — сказал, неплохая идея, и нужно попробовать найти мальчишек, а то как сквозь землю провалились. Он уж хотел искать их заклинанием, но они появились сами. И они тоже потратили какие-то деньги, судя по их довольным лицам. Джованни похвастался красивыми вышитыми перчатками, Руджеро — новой шляпой, а Антонио показал новый нож, больше и страшнее того, что купили Лизавете.
А потом они радостно предъявили изумлённым зрителям не просто покупку, а целый музыкальный инструмент в чехле!
Антонио развязал мешок и вытащил вполне себе гитару, только немного меньше тех, к каким привыкла Лизавета. Струны из жил, точёные колки, изгибы корпуса — всё, как положено. И оказалось, что все они так или иначе умеют играть, и обещали вечером настроить инструмент и показать, на что они способны.
