– Но разве ты в силах снять проклятие Церкви Святой?! – выкрикнул голова. – Ты уйдёшь, и всё вновь станет как прежде… даже ещё хуже!
– Не станет, – уверенно ответил Фесс. – Вас просто обманули. Достаточно упокоить ваш погост… и мёртвые уснут навечно.
Он чувствовал – толпа заколебалась.
– А что, – раздался несмелый выкрик, – пускай чародей дело сделает! Хуже, чем сейчас-то, небось не будет!
– Вот именно! – воскликнул Фесс. – Вот именно! Хуже не будет! Будет только лучше!
– Тихо! – гаркнул голова, поворачиваясь к своим.
Как ни странно, его послушались. – А вот что я святым отцам скажу, когда они сюда приедут и увидят… всё упокоенным?
– Так и скажи, мол, пришёл некромант Неясыть, зло и порчу с земли снял, – громко ответил Фесс, и его слова пришлись по нраву селянам. Разом закричало уже несколько голосов, и притом куда бодрее, чем первый, что, мол, сил больше нет жить такой жизнью, руки б на себя наложили, кабы гнева Спасителева не боялись, пусть уж лучше чародей порчу снимет, всё легота настанет! А дальше хоть трава не расти!
Голова попытался что-то возражать, но тут из рядов вырвалась растрёпанная молодка – та самая, что приходила за свёкром.
– А у тебя, голова, хоть одного малого сожрали?! – завизжала она. – У меня вот – двоих… одного прямо в люльке! Пусть чародей ворожит, пусть, если заплатить ему надо, так я себя продам, только чтобы кончилось бы это! – И она зарыдала в голос. Ей стали вторить другие женщины, поднялся несусветный визг, стон и плач, и голова в панике отступил, отчаянно размахивая руками.
– Тихо, да тихо же, балаболки! Вот бабы несносные! Да послушайте же…
Его голос совершенно утонул в криках толпы. Теперь её словно прорвало – кто-то падал на колени и умоляюще протягивал к Фессу руки, кто-то потрясал кулаками, проклиная всё и вся, кто-то… в общем, воцарился невообразимый сумбур.
– Хорошо! – надсаживаясь, крикнул Фесс. – Я считаю, что разрешение на работу мной у вашего головы получено. Так?
– Так!!! – единой глоткой взвыла толпа.
– Тогда я приступаю. – Неясыть церемонно поклонился.
– Добрые люди, прошу вас, разойдитесь. Спрячьтесь по домам, заприте покрепче двери, потому что дело будет жарким.
Толпа начала быстро редеть. Правда, кое-кто упрямо стоял, не двигаясь с места, – и в их числе уже знакомая Фессу пара.
Молодка первой решительно подошла к волшебнику."
"– Ты, чародей, их истребишь? – решительно спросила она. От былой робости не осталось и следа. – Истреби их, а то и вправду тут говорили – хоть в петлю сама полезай.
