Правда, я срезал пулеметчика, который полез из траншеи вслед за своими. Его опрокинуло за бруствер, он попытался подняться и снова осел на вытянутых руках. Мой «Дегтярев», лязгнув, замолк
— Заряжай, чего смотришь! — закричал Князьков.
— Диски кончились.
— Какого хрена пустым в бой идешь!
— В овраге целый мешок дисков расстрелял, — огрызнулся я. — И сегодня два оставшихся.
— Прокофий, гони.
— Щас мы их, — включая скорость, отозвался Шпень. — Два наших танка угробили и меня чуть не продырявили!
БТ быстро набрал скорость, преследуя убегающих.
Немцы срывали с себя шинели, бросали оружие. Время от времени кто-то оглядывался. Один, понимая, что не убежит, встал на колени и поднял руки. Двое суток назад я был свидетелем самой настоящей мясорубки в овраге, где на узком пространстве мины рвали на куски людей. Трупы и части человеческих тел лежат там до сих пор. Но сегодняшняя погоня за людьми, как за зайцами, заставила меня вцепиться в рукоятку поворота башни, чтобы не закричать.
Князьков, как я считал, перешагивал какой-то порог.
— Зачем? — невольно вырвалось у меня.
Танк ударил стоявшего на коленях и что-то громко выкрикивающего немца. Крик мгновенно смолк, а танк встряхнуло так, словно мы врезались в дерево. Потом догнали второго, третьего. Четвертый из-под локтя строчил на бегу из автомата.
— Автомат не порть! — выкрикнул Князьков.
Прокофий, сбавив ход, ударил немца бортом и пропустил тело между гусеницами. Двое нырнули в промоину, один исчез в небольшой роще.
Лейтенант приказал остановиться, а мне сбегать за автоматом. Один автомат у нас имелся, только без патронов. Я подобрал знакомый мне МП-40, снял с немца пояс, на котором висел штык-нож и подсумок с запасными магазинами. Еще два вытащил из-за голенища сапог. Боеприпасов у фрицев хватало. Случайно дотронулся до тела, смятого мощным ударом. Крови почти не было, только тонкая струйка сочилась изо рта.
— Глянь еще в сапогах, — крикнул Шпень. — Они запасные магазины там носят.
И сапоги сыми, если хорошие.
Разувать перемолотый труп я не стал и молча вернулся к танку.
— Чего сапоги не снял? — спросил Прокофий. — У меня обувка ни в задницу.
Я огрызнулся, влез в люк и протянул трофеи Князькову. Он взял автомат, два магазина к нему и сухо приказал:
— Подбери свой автомат за сиденьем.
Я достал автомат, но лейтенант сделал знак Прокофию, чтобы тот подождал.
— Заряди автомат, рядовой Волков.
