Одну «тридцатьчетверку» оставил вместе с полуторкой в лесу. При необходимости она должна была сразу прийти на помощь. К рассвету, лихорадочно маскируясь, в двухстах метрах от дороги стояли три «тридцатьчетверки», два Т-60 и редкая цепочка десантников. Половину стрелков Крылов отправил вместе с БТ и мотоциклистами.
— Лишних людей здесь не надо, — объяснял он. — Суеты много будет, можем вспугнуть немцев.
Уже слышался гул моторов, когда от дороги, пригибаясь, побежали саперы. Они установили несколько противотанковых мин на обочинах.
Я бы не догадался и приказал прикопать эти мощные тарелки прямо на дороге. Но Крылов рассчитал верно. Прошли лишь два грузовика. Ну, взорвался бы один, а второй мы разбили бы пушками. А потом придется убегать. Если шуметь, то по-крупному.
Время тянулось медленно. Пригревало по-летнему теплое солнце. Прошел обоз, видимо, с продовольствием и фуражом. Промчался мотоцикл. Небольшой вездеход остановился прямо напротив нас. Двое немцев вышли помочиться, один пошел в кусты. Все это они делали не спеша, даже сполоснули руки.
Чистоплюи хреновы! С каким удовольствием влепил бы я в них снаряд, потому что двое из четырех человек были офицеры. С серебристыми погонами, в высоких фуражках. Гады, даже полевую форму не надели.
И тут показалась колонна, которая была нам нужна. И двигалась она на юго-восток, то есть в сторону передовой. Вездеход тоже шел в этом направлении и поторопился обогнать колонну. Танков мы не увидели. Впереди шли два мотоцикла, за ними два бронетранспортера и штук восемь грузовиков с пехотой, с четырьмя пушками на прицеле.
Колонну замыкал еще один бронетранспортер. Они больше опасались наших немногочисленных самолетов. Крупнокалиберные пулеметы были задраны вверх. Расчеты следили за небом.
— Щас дадим! — шептал заряжающий Мотыль, которому не терпелось открыть огонь.
Он уже загнал в казенник осколочный снаряд, а второй держал наготове. Это был или неполный батальон, или усиленная рота. Двести метров для наших пушек — расстояние в упор. Первым звонко ударило орудие Крылова, за ним открыли огонь остальные пушки.
Три 76-миллиметровки, два 20-миллиметровых автомата Т-60, плюс десяток пулеметов. Бронетранспортер, в который я целился, взорвался столбом огненных кусков, разнесших заднюю часть корпуса. Наверное, из экипажа мало кто уцелел, но водитель тянул машину вперед. Бронированная кабина защитила его от осколков.
Загорелся замыкающий бронетранспортер. Разлетались на части грузовики, из которых выпрыгивали солдаты.
