– Я знаю, Фре. Я ее читал.
– Правда? – глаза доктора Брауна были полны удивления.
– Да, правда. Мне принес эту книгу военный и сказал, что если я ее не прочту и не начну после этого читать книги, то он меня отведет в детский дом и оставит там.
– Понятно. Этого следовало ожидать… – сам себе под нос пробубнил доктор Браун.
– А вы говорите мне, что он меня любит.
– Но ведь любит же, Уильям, – чуть было не крикнул Фредерик, но не крикнул, а сказал громче обычного, вложив в это предложение всю свою злость: – Как можно не любить?
– Я ненавижу книги, Фре, но из-за того, что меня отведут в детский дом, я их читаю и буду читать.
– Военного больше нет, мальчик мой, – сказал Фредерик, как своему собственному ребенку, чья боль передалась и ему. – Не оставляй его в себе.
– Он есть, Фре. Вот здесь, – юноша постучал себя по груди.
– Выкинь его оттуда! Он там не нужен.
– Не могу. Я его вчера выкинул на улицу, а он все равно остался здесь.
Доктор Браун только что обратил внимание, что на окне нет хризантемы.
– Уильям… – доктор Браун хотел сказать что-то важное и точное, те слова, которые определили бы суть и сумели помочь этому прекрасному и ранимому ребенку. Этому поразительному организму, на котором раны не заживают вообще, а со временем только гниют. Этому живому и тонкому существу, которое сбежало в сумасшедший дом, чтобы выжить в мире, который не умеет касаться нежно.
Фредерик не нашел вообще никаких слов, чтобы выразить сейчас то, что у него внутри…
Миссис Норис уже давно следовало постучать в палату, но стука не было, а значит, она не соизволила сегодня прийти.
* * *Пока доктор Браун стоял около Уильяма и предавался тишине, разбавленной глубокими мыслями по поводу отцовской любви военного к мальчику-аутисту, в палату номер тридцать шесть, в которой находился пациент, имени которого никто не знал, вошел сутулый, невысокий человек в белом халате. Он открыл палату, достав ключ из кармана своих брюк.
Не только у Гарри и Фредерика был ключ от тридцать шестой палаты, но и у доктора Стенли тоже.
– Здравствуйте, директор, – поприветствовал свое начальство вошедший внутрь доктор Стенли, главный врач этой лечебницы.
– Доброе утро. Вы поступили очень неосмотрительно, доктор, мой пациент находится в соседней палате и может войти к нам в любое время.
– Я об этом позаботился, директор. Не зайдет. У меня есть для вас две новости. Одна плохая, другая хорошая.
– Начинайте с хорошей.
