Экономика, как и во все времена, решала все. Лахму, с которым все уже обсудили заранее, должен был подготовить бригады рабочих, а потом найти воду и разметить новые кяризы в дружественных племенах. Плата была установлена немалая, и три четверти ее должно было уйти в казну Ахемена. Но даже так, простой строитель, бывший недавно рабом, становился весьма и весьма обеспеченным человеком. А в родном племени ему тоже был выделен участок земли, заботливо населенный арендаторами. Не из-за доброты душевной, а чтобы любимая семья Лахму была под защитой (читай — в заложниках), пока любимый отец и муж мотается по командировкам.
С несогласными князьями все решилось быстро. Войско восьми племен во главе с Ахеменом просто смело ополчения Бардии и его друзей. Потери были небольшие, причем с обеих сторон. Бардия и трое несогласных князей были убиты, их семьи до третьего колена — вырезаны. Людей, земли и скот князья поделили между собой. Во все наемные персидские сотни в Эламе были направлены эмиссары, прозрачно намекнувшие на неожиданные перспективы.
Оценив их, командиры сделали правильные выводы, и просто ждали. Макс мотался по новым землям, как проклятый. Он проводил публичные проповеди про борьбу добра и зла, готовил новых жрецов, которых называли мобедами, и жестоко карал несогласных с новым курсом. Поскольку князья были на его стороне, то усомнившийся жрец просто убивался на месте. Несогласные быстро закончились. Вот так далеко в горах собралась страшная туча, нависшая над Аншаном. И оставалось совсем мало времени, когда туча должна была разразиться грозой.
Двадцать пять тысяч неприхотливых отважных горцев, спаянных единой верой и жаждущих добычи, были страшной силой. Империи и меньшим числом создавались.
Лахму, запустивший процессы строительства оросительных систем, был отозван для создания проектов стенобитной техники и осадных башен. Их должны были построить тут, опробовать, промаркировать детали и снова разобрать для перевозки. Работы было столько, что Макс и Ахемен спали через день по очереди, и стали похожи на тени.
"
"Как-то незаметно у обоих родились сыновья. У Ахемена родила старшая жена, дочь Бахрама, а у Макса — единственная и неповторимая Ясмин. Она сразу дала понять, что никаких вторых и третьих жен она не потерпит, а если дорогому мужу не хватает женской ласки, то добро пожаловать на супружеское ложе. Макс, впрочем, не возражал. Жену он искренне любил, и окружать себя целой толпой непрерывно болтающих баб не собирался.
