— Но твоя воля сильнее, Линда, — произнёс он очень нежно и тронул за подбородок, приподнимая моё лицо. Князь вглядывался в мои глаза, полные сомнений, ужаса и набегающих слёз.
Обвёл пальцами по контуру моих чуть приоткрытых губ, мягко улыбнулся и прошептал:
— Я восхищаюсь тобой, родная. Ты — воплощение женственности, мягкости и одновременно несгибаемой силы воли и жёсткости. И неужели ты до сих пор не осознала, что можешь всё? А рядом со мной ещё больше.
Его взгляд был прямым, уверенным, полным восхищения.
Алые искры всполохами возникали в глянцевом мраке его глаз. Вампир не лгал. Это были слова не только для укрепления духа, он действительно так считал.
Вздохнула и перевела взгляд на притихшего и замершего монги, что удобно устроился на плече князя.
Зверёныш поймал мой сомневающийся взгляд, дёрнул ушками и что-то прощебетал — что-то явно милое и ободряющее.
Натянуто улыбнулась и снова посмотрела на Рагнара.
— И ты меня ни на секунду не отпустишь, — проговорила неуверенно.
— Никогда, — заверил он меня. Взял мои ладони в свои, поднёс к губам и поцеловал каждый пальчик, вызывая во мне волну нежности. И пообещал: — Никогда не отпущу, Линда. И никогда не позволю тебе упасть, утонуть, сгореть. Я всегда буду рядом и всегда поддержу, всегда удержу и сберегу. Помни об этом, хорошо?
— Хорошо, — выдохнула едва слышно.
В горле вдруг образовался ком, на глаза навернулись слёзы, сердце от невероятной нежности защемило.
Закрыла глаза и, пока ощущала это хрупкое невероятное волшебство момента, призналась:
— Знаешь, а я ведь всегда мечтала, что в моей жизни однажды появится кто-то сильный, смелый, кто уверенно и даже нагло заберёт меня в свою жизнь, но при этом не станет ограничивать меня.
Не станет запрещать мне заниматься каким-либо делом и никогда не скажет, что я подавляю его волю, а ещё и гордится мной…
Открыла глаза и добавила с улыбкой:
— Но никого не нашлось среди людей. А ты вообще оказался из другого мира.
Да ещё другой расы. Но ты всё равно нашёл меня и сделал всё так, как я когда-то грезила… Почему-то сейчас вспомнила…
Мои щёки тронул лёгкий румянец. Стало отчего-то немного неловко, но Рагнар, вместо слов, склонился и подарил невероятно нежный, но при этом собственнический поцелуй.
А потом сказал:
— Я ждал тебя намного дольше.
Сердце затопило море нежности и… любви.
Знаете, у меня словно за спиной крылья выросли и затрепетали.
