— Добром не пытались? Или у вас в ходу только диктаторские способы приручения?
— Ну что вы, госпожа Линда, — включился в нашу беседу казначей Рикард. — Было испытано много средств, начиная, как вы сказали, с диктаторства и заканчивая добрыми методами. Увы, эти звери не захотели иметь дел с вампирами. Зато вреда приносили так много, что пришлось ставить вопрос ребром: уничтожить этих мелких паразитов.
Едва казначей закончил своё объяснение на слове «паразиты», монги вздыбил шерсть, забил пушистым хвостом по своим бокам, оскалился, демонстрируя мелкие, но острые зубки и утробно зарычал.
Рычание хоть и было смешным, совершенно нестрашным, но сам вид грозно настроенного монги свидетельствовал о том, что ему совершенно не понравилось, в каком ключе говорил о нём вампир.
— Кажется мне, господин Рикард, монги не по нраву, что вы назвали его племя паразитами, — пропела я ехидным голоском.
Князь слушал нас и не вмешивался, лишь, как и все вампиры, тоже взглянул на недовольного зверёныша и улыбнулся одними уголками губ.
— Да, есть мнение, что монги обладают крохотными зачатками разума, но если это так, то почему они не захотели по-доброму сотрудничать с вампирами? Их бы обеспечили как обычным питанием, так и магическим. Но, увы. Почему всё сложилось именно таким образом, никто до сих пор не знает, — менторским тоном проговорил юрист князя, господин Тополь.
Снова пожала плечами.
— Быть может, монги не могут сотрудничать с вампирами? — предположила я.
— В каком смысле? — заинтересовался советник.
— Ну-у-у… Быть может, они воспринимают вас как самых опасных хищников? И на инстинктах не дают себя не то что приручить, но даже одомашнить. Ни одна антилопа в здравом уме не полезет в прайд льва.
— С ваших слов выходит, что именно этот монги не в здравом уме? — хмыкнул военачальник.
— Почему это? — повернулась к мужчине. — Если вы забыли, то я наполовину вампир. И я не обладаю магией. По крайней мере, во мне не проснулась никакая сила.
— Версия, которую предложила Линда, уже была рассмотрена нашими предками, — вставил своё слово князь.
— Нам выдалась уникальная возможность наблюдать за нетипичным поведением монги. Да ещё союз с Линдой даст понять этих… существ гораздо лучше. Быть может, мы узнаем, в чём ошибались, пытаясь их одомашнить и приручить.
Монги смешно пошевелил носом, шевельнул хвостом и вернулся к своему завтраку, демонстративно при этом повернувшись к нам спиной. Этакое «фи».
Я рассмеялась и поймала на себе пылающий взгляд князя.
