Если королевский дворец когда-то начинался с небольшого замка, который потом достраивали и перестраивали, стараясь по мере роста богатства хозяев придать ему торжественный стиль и парадность, то дворец графа Паткуля изначально строился дворцом, а не защитным сооружением. Никаких нелепых надстроек и несимметричных башен. Архитектурно грамотный ансамбль.
Пять этажей дворца светились высокими, округлыми вверху окнами дружелюбно и открыто. Заснеженный парк встречал нас теплым светом фонарей, а чуть ниже, под холмом, на котором вольготно раскинулся графский дом, расположился двух-трехэтажный город.
Благодаря свежевыпавшему снегу и ярким огонькам в окнах он выглядел как рождественская открытка – умилительно старинным и очаровательным.
Все телеги и повозки сразу же отгоняли на задний двор к хозпостройкам. У широкого крыльца высадился сам Иоган Паткуль с молодой женой и ее компаньонкой и гости: супружеская пара – барон Эрик Обер со своей женой и я с мужем. Еще четверо гостей были без пар – сослуживцы и вассалы графа, которые возвращались домой к семьям: детям и женам.
В просторном теплом холле, где слуги почтительно выстроились двумя длиннющими рядами слева и справа от входа, графа ждала его мать, вдовствующая графиня Паткуль."
"Тот портрет хозяйки замка, который граф носил на груди, похоже, писали лет десять, а то и пятнадцать назад. Вместо аккуратного кружевного чепца на голове графини было сложное атласное сооружение, полностью скрывающее волосы и заложенное многочисленными складками.
Полностью закрыты были даже уши, а вместо сережек на краях головного убора у щек висели какие-то тяжелые украшения. Сильно добавилось морщин, да и сами щеки изрядно ввалились, отчего губы казались совсем уж тонкими, а нос в два раза длиннее, чем на старом портрете, но она не выглядела злой, коварной или желчной. Перед нами просто была пожилая дама строгого нрава.
Графиня по-прежнему носила черное вдовье платье, но теперь вместо скромной кружевной полоски по вороту на плечах раскинулся многослойный белый воротник: поверх белого пике – легкая газовая накидка.
Статус дамы подчеркивали черные короткие бусы, на которых висел массивный медальон с крупным темно-алым камнем и золотой графской короной над ним. Губы графини были поджаты так же, как и на портрете, и почти полностью отсутствовали ресницы и брови. Она не была уродлива, но чувствовались властность и строгость.
-- Рада твоему возвращению домой, Иоган. И счастлива обнять тебя, сын мой.