- Это еще одна мера предосторожности, - первым заговорил Дарк, когда жилой корпус скрылся из вида, и стало совсем тихо, - Мы переоборудовали старый ранее заброшенный участок человеческой станции под наши нужды. Там уже некоторое время работают Алекс и Грант. Мы решили, что провести операцию именно там будет самым разумным решением. Здание находится довольно далеко и от человеческого города, и от места скопления семьи.
Буран только кивнул в ответ.
Эти умники действительно были умниками.
Он доверял им, и молился своим медвежьим богам, чтобы все прошло максимально быстро и гладко.
И для Булата, и для Урана.
Да, подготовка здесь была, что надо!
Уже на подходе к небольшому зданию Буран ощутил, что самые сильные чистокровные воины четырех родов уже здесь. Берсерки стояли плотным оцеплением в три ряда. А за ними стояли ещё три ряда самых сильных воинов среди волков.
Все были в сборе.
Батя, Карат, Север, Лютый, Свирепый конечно же были в первом ряду. Там же стоял и Морозный.
Он подмигнул Бурану, давая понять, что медведи готовы ко всему, чтобы дальше не случилось.
- Я скоро к вам приду, - бросил Буран бате, а пока проследовал за Дарком прямиком в низкое неказистое с виду здание, которое внутри оказалось самым настоящим медицинским корпусом со всеми этими наворотами и приспособлениями, от которых шерсть стояла дыбом.
К счастью, Лола и человеческие умники чувствовали себя здесь очень уверенно.
Они уже были переодеты и собраны к важной операции.
Булат все еще был без сознания.
Вернее, скорее его ввели в него с помощью специальных средств.
Но дышал он спокойно и размеренно, что само по себе уже было хорошо.
Друг ничего не подозревал и еще не знал, что очнется не совсем человеком.
Берсерка чистых кровей невозможно было испугать, но медведь чуть не вздрогнул, когда ощутил движение у одной из стен.
Это был Уран.
Только Палачи при своей несокрушимой силе и габаритах могли оставаться совершенно незамеченными никем.
Марс и Плутон были как-то попроще.
От них не бросало в жуть.
Они болтали, улыбались, и в целом вели себя подобно людям.
А вот Уран был совсем другой – словно немая статуя, рядом с которой шерсть вставала дыбом хоть у кого. Он следил своими синими глазами за всем происходящим и как всегда молчал. Только кивнул Бурану в знак приветствия, и медведь повторил этот жест, немного неловко и скованно.
Уран был напряжен.
Это ощущалось особенными импульсами, которые тут же прошлись по коже берсерка тревожными волнами.
