Можно выписывать хоть сейчас.
Когда доктор ушёл, я тут же спросила дракона:
— Это когда же я стала твоей женой?
— Как только появилась в спальне моей башни, — был его ответ.
Мне бы засмеяться и перевести всё в шутку, но тон Саймона был таким серьёзным, что смеяться оказалось бы неуместным.
— Твой мир тебя пока ещё держит здесь, Полина. Но ты можешь разорвать с ним связь и остаться навсегда в межмирье. Со мной. Со всеми нами. Нужно лишь дать согласие.
— Какое согласие? — прошептала я, внимательно глядя в глаза дракона.
— Быть со мной. Всегда.
— Но я человек…
— Уже нет…
— Как?..
— Всё просто. Моя кровь. Ты потеряла много крови, и врачи сделали тебе переливание. Я дал свою…
— Я теперь… дракон?..
Он впервые улыбнулся, и только сейчас я заметила небольшие морщинки возле уголков его глаз.
— Нет, Полина. Ты не дракон. Но ты теперь будешь жить долго. Очень долго… Так что, ты согласна?
— Стать твоей женой и жить в межмирье в… О Боже! Замок устоял?
— Замок в полном порядке. Правда, ему требуется небольшой ремонт.
— Что ж, ремонт – это так здорово! И да, я согласна!
Эпилог
* * * * *
Полина
Сегодня был очень шумный и суетливый день. Точнее, таковым его сделали наши домашние.
Но я не слышала никакого шума, кроме своего крика.
Но наконец, всё кончилось.
Тройню родить – это то ещё «удовольствие».
— Все мальчики! — провозгласили гордо мои близкие, будто они сами родили этих троих богатырей.
— Полина как? — переживал Саймон.
— Я жива… — пискнула я.
Саймон вздохнул с облегчением.
Потом были ещё какие-то вопросы и разговоры, но я бессовестно уснула, даже не увидев своих детей.
Устала.
Но когда проснулась, не ощутила никакой усталости, только одно лишь счастье. Справа от меня, устроившись в кресле, посапывал Саймон. Он держал своих сыновей: одного на правой руке, другого на левой, а третьего — на коленях.
Тройня не входила в наши планы и во время родов, и я и Саймон были очень удивлены количеству детей.
От Саймона во время моих родов не было никакого толку: он только и делал, что рычал на лекаря эльфа и угрожал ему открутить уши, если он не облегчит мне боль.
Но я понимала, что он просто боится за меня, и любила его за это ещё сильнее.
Да, я полюбила этого ледяного, неприступного, вредного, но потрясающего дракона, который оказался невероятно нежным и заботливым мужчиной.
— Сай? — позвала мужа.
Он тут же открыл глаза и взволнованно оглядел меня, надёжно удерживая у себя детей.
Я поднялась и взяла с его колен сына.
