Скрылась за мусорным баком, смертельно воняет помоями, но ничего, можно потерпеть, смотрю на металлическую дверь. Она открыта, Фатима так делает, когда жарко, подпирает ее кирпичом. Обернулась как по команде, смотрела лишь на одно окно.
Это отель, именно за тем окном я вчера стояла и наблюдала за парковкой. Такое чувство, что у меня обострились все рецепторы, я наблюдаю за собой со стороны, максимально собрана и сосредоточена, сейчас не время для истерики.
Только хочу сделать шаг вперед, но на улицу выходит щуплый, невысокий парнишка, на нем темный фартук официанта, он тащит в сторону контейнера, за которым я прячусь, огромный перевязанный пакет.
Прижимаюсь к металлической стенке, прикрывая рот, потому что если я сейчас начну дышать, то меня стошнит. Парень выбрасывает мусор, идет обратно.
Это Ахмет, мой сменщик. Он совсем не говорит. Все понимает, записывает, но я ни разу от него не слышала ни звука. Идеальный работник, исполнительный, выносливый и молчаливый.
Фатима говорила, что его подобрали на улице год назад, кто-то выкинул из машины прямо на обочину, избитого, тощего, а «святой» Захир подобрал.
Но за святые поступки приходится тяжело и долго расплачиваться.
Как только Ахмет зашел внутрь, побежала следом, тут же свернув налево, спряталась за выступом, за которым находится кухня. Теперь пахнет жиром, жареным мясом, специями, совсем близко кричит Фатима, а я дергаюсь от испуга и неожиданности.
Ахмет прошел мимо с огромным подносом, мое сердце как сумасшедшее выламывало ребра, адреналин зашкаливает.
Вытерла ладони о джинсы, выглянула из своего укрытия, медленно пошла в сторону кабинета Захира, там совсем рядом кладовка, в который хранят посуду, инвентарь, бытовую химию. Все еще оглядываясь, потянула дверь на себя, она открылась, странно, что сегодня ее не заперли. Это мне как знак, чтоб я еще больше глупых поступков совершила.
– Он вчера снова приходил.
– Кто?
– А то ты не знаешь «кто»!
Голос Захира резкий и нервный, а у меня такое чувство, что я стою прямо перед ними, до такой степени тонкие стены, что слышен каждый шорох.
– Чего хотел, денег?
– Нет, точнее, да, он решил наказать меня, а еще проучить, как какого-то пацана. Он всегда хочет много денег, а еще безграничной власти, чтобы я подчинялся ему и жил по его правилам.
