Гретта, державшаяся рядом, забрала у меня опустевший мешочек и сняла с моих плеч меховую шубку. Именно в этот момент, словно по волшебству, разошлись облака и солнечный луч упал точно на то место, где стояла я. Платье заискрилось сотнями искорок, толпа ещё раз дружно ахнула.
После того, как Дарий протянул мне руку, ведя по ступеням, большинство присутствующих направилось к накрытым столам, стоящим за храмом. Торжество началось!
Легкий морозец щипал щёчки, придавая им румянца. Холодный ветерок гладил голые плечи.
Но, что мне мороз? Мне - чья магия холод!
Когда мы поднялись по многочисленным ступеням, я увидела Димитрия, одиноко стоявшего у закрытой двери храма. Дарий, молча, передал мою руку жениху. Двери распахнулись, словно ждали, когда мы коснёмся друг друга.
Так же молча, Димитрий повёл меня внутрь. Глаза не сразу привыкли к полумраку коридора, по которому мы шли. Впереди виднелся свет, с каждым шагом становясь всё ближе.
Взору открылся огромный круглый зал, купол которого удерживали высокие мраморные колонны.
Между колоннами стояли статуи богов этого мира. Я уже знала, что их несколько. Взгляд пробежал по каменным изваяниям. Казалось, что они вот-вот оживут. И кого же из них благодарить за то, что я попала в этот мир?
К нам вышли несколько служителей храма, облачённые в белые длинные балахоны. Слишком много белого. Всё сливалось, теряя очертания.
Не произнося ни звука, знаками нам указали подойти ближе к мраморному постаменту, стоящему строго по центру зала. На постаменте была водружена большая золотая чаша с прозрачной жидкостью.
У нас на глазах один из служителей кинул в чашу два кольца. По поверхности жидкости пошли круги, она стала мутнеть, пока не стала похожа на молоко.
Димитрий первым опустил руку в чашу и, когда вытащил, в ней было кольцо. Теперь моя очередь, но это уже было совсем не сложно – просто, найти на дне оставшееся колечко. Светлову было намного сложней - он должен был выбрать именно то, которое наденет мне на палец.
Я нащупала его почти сразу, но тут пальцы коснулись ещё чего-то.
Ещё одно кольцо? И ещё! Всё дно чаши было усыпано кольцами. Которое из них моё?
Я сосредоточилась, замерла, даже прикрыла глаза. Это мне всегда помогало сосредоточиться. И перед моим внутренним взором возникло видение лежащих в чаше колец. Их было много: простые золотые ободки и богато украшенные перстни, серебро и золото. Но было среди них одно, которое светилось, словно в нём были заключены крошечные язычки пламени.
