Стоило мне хоть на мгновенье попытаться открыть глаза, как темнота меня снова затягивала в свои липкие объятия.
- О, мисс Жанетт! – послышался горестный голос нянюшки. – Что стряслось! Она такая бледная! Венциан!
- Где доктор! – рявкнул голо Венциана, странным эхом отзываясь в моей груди.
- Уже послали! – далекий, напуганный голос доносился из коридора. Он сопровождался топотом ног. – Сказал, что сейчас прибудет!
- Не сейчас, а немедленно! – снова рявкнул Венциан, пока я чувствовала на лбу холодную руку нянюшки.
Темнота ревниво обернула меня, словно в непроницаемое одеяло. Исчезли далекие взволнованные голоса, топот, хлопанье дверей… Все растворялось в этой липкой темноте.
- Мадам! – послышался голос надо мной, а я с трудом разлепила глаза. Старый доктор внимательно осматривал меня, а я чувствовала запах чужих духов и вечерней свежести. – Как вы себя чувствуете?
- Никак, - прошептала я, удивляясь тому, что внутри, словно все умерло. Не было никаких чувств, кроме одного – равнодушия.
Даже бледное, встревоженное лицо нянюшки, которое мелькало на заднем фоне, не вызывало у меня никаких эмоций. Раньше я бы, наверное, перепугалась за нянюшку, но сейчас мне было все равно. Мне было все равно, что мне в лицо светят какой-то магией. Было все равно, что лицо у доктора становится задумчивым и обеспокоенным.
- Что там?! – рявкнул нетерпеливый голос Венциана, а я впервые слушала его так же равнодушно, как слушают вежливый разговор прохожих на улице.
- Эм… - замялся доктор, глядя на меня внимательными серыми глазами.
Вокруг глаз были морщинки, седые брови сошлись на переносице, словно ему что-то не нравилось. – Тяжелый случай!
- Что?! – воскликнули все. Я равнодушно обвела взглядом всех присутствующих. Мисс Амелия стояла рядом с мистером Квином, который по привычке мял свою шляпу. Марианна спряталась за спины других слуг, которые тоже собрались возле моей кровати.
- Я так понимаю, - начал доктор. Я ужасно не любила докторов. Меня всегда пугало их таинственное молчание, перед тем, как сказать диагноз.
Я всегда с тревогой всматривалась в их лицо, пытаясь заранее прочесть, что меня ждет. И до ужаса боялась, когда доктора начинали хмурится. Но сейчас я не чувствовала ни страха, ни тревоги. Даже сердце не замирало, когда доктор с удивлением рассматривал мою руку. Что-то ему не нравилось, поскольку он тут же опустил ее на кровать.
- Мадам, вы чего-нибудь хотите? – спросил он, внимательно глядя на меня.
