Лейс, поверив хозяйке, попробовал продукт и, убедившись в его съедобности, пытался увлечь новым промыслом односельчан, но не преуспел, что совершенно не отразилось на настроении Нины.
«Да и не надо, нам больше достанется!» – справедливо решила попаданка и продолжила кампанию по сбору подземных плодов."
"Кстати, во время шатаний по лесу Нина помечала найденной где- то Лейсом побелкой сухие, больные, слишком густорастущие деревья, приказав позже старосте валить на дрова в первую очередь их. Ну и считала заодно, чтоб порядок соблюдали.
Для сушки «благородных» лесных находок она приспособила одну из комнат в мансарде, где, затянув окно тонкой тканью, чтобы мухи не летели, развешивала снизки грибов, добиваясь естественного высыхания, после чего складывала сморщенные дары в холщевые мешочки и убирала в кухонные шкафы.
Ида, найдя новый продукт годным к употреблению, активно перенимала опыт госпожи по переработке грибов, а также овощей (привозимых старостой) и внутренне радовалась заполняемым в отдельном углу кухни полкам с мешочками с сушеными грибами и ломтиками яблок и груш, с горшками, жбанами и стеклянными банками (нашлись такие на чердаке) с разнообразными соленьями и вареньями.
К последнему относились яблочные и грушевые пюре из падалицы, собранной кухаркой в саду поместья: почему- то плоды предпочитали дозревать на земле, а не на ветках. Сезон вишен прошел для виконтессы мимо, но на следующий год она наказала Ларсу доставить в Мозеби как можно больше вкусной ягоды.
Относительно черники, малины и чего еще будет найдено в болотистых низинах в округе, был проинструктирован Лейс, но результата пока не было. Впрочем, еще не вечер, как говорится!
Глава 22
За обустройством, статистическими и кулинарными инновациями, знакомством с окрестностями, госпожа попаданка упустила из виду два важных момента, а именно: верховую езду и приближающуюся зиму, и тут следующую за осенью.
Если с первым упущением Нина Андреевна примирилась довольно легко – «ну не шмогла я, не шмогла» (тихо ходить, сидя верхом на лошади, вокруг усадьбы ей удавалось), то второе было подобно грому среди ясного неба.
«Да уж, расслабилась ты, матушка» – корила себя Нина, осознавая глубину ж..ы, в которую угодила по собственной глупости.
Оказалось, что и у неё, и у остальных обитателей Мозеби (правда, Ида что- то там припасла для своих) либо нет, либо мало предназначенных для этого сезона вещей.
