Гуннар теперь семейный, за ним есть, кому присмотреть. Я счастлив за него и спокоен. Поэтому …Когда я…мы… были на континенте…Я слышал разговоры, что есть на юге, в Иберии, монастырь… Фру Нинель, Вы необычная женщина…Почему- то мне кажется, что Вы поймете…- Сорен опустил глаза и побледнел."
"- Я всегда был не таким, как все…Отец меня считал слабаком, отправил на войну, чтобы стал мужчиной…Вышло наоборот…Я смирился, правда! Но в последнее время я как- то странно себя чувствую…- мой домовой запнулся, собираясь, и выпалил – Это так…неправильно и стыдно…невыносимо! Поэтому мне надо уйти, госпожа! Может, там я найду ответы на свои вопросы и смогу победить сомнения…
Никогда прежде мне не доводилось выслушивать ТАКИЕ откровения.
Невероятные, болезненные для обеих сторон, и настолько серьезные и важные, что само знание о них ложится грузом ответственности на плечи слушателя…И понимаешь, и неловко, и страшно за того, кто делится тайной…
Мне, честно, поплохело…Нарушение гендерной идентичности и иже с нею, о чем так много трещали в СМИ в той жизни…Для меня такие истории были сущим кошмаром.
Не в том смысле, что противно, не совсем так. Страшно было представить, что испытывают люди, подобные Сорену…Ошибка природы, нонсен с реальными чувствами, желаниями и болью. Я про тех, кто не имел выбора, а не про тех, кто его сделал сам. Что я могла ответить?
- Сорен, иди, ищи ответы, ищи свой путь. Мне жаль, что…Скажу одно, поверишь или нет: ты не единственный…такое случается порой, понимаешь? Вряд ли смогу объяснить так, чтобы ты понял… У природы свои причуды, ты не виноват! Не буду ссылаться на бога и его испытания, хотя можно и так сказать.
Короче, Сорен – иди! Денег на дорогу дам, если надумаешь вернуться, приму!
…Они, Сорен и Ньял, ушли тихо, оставили письма друзьям…Мы ничего меж собой не обсуждали: то ли мужики раньше догадывались, то ли приняли сердцем…А я встала к плите.
* * *
Никогда бы не подумала, что у обычной беременности счастливой пары будут столь необычные последствия….
Старшая дочь Аннегрете, Аннелиза, прибежала ни свет ни заря однажды в конце августа.
- Госпожа, скорее! Я, я …не знаю, что будет! Мама, Гуннар, они …там
- Спокойно, Аннелиза, не мельтеши …
- Нет, прошу Вас, пойдемте со мной! Там все собрались…Я боюсь…
Ну что сказать? Маленькие детки – маленькие бедки, а вырастут велики — большие будут…
В монастыре, где теперь жили (поближе к овцам и сапожной мастерской) супруги Йохансен, кипели страсти: скандалила младшая Бьяруп, Аннабель.
