Глава 1759
Последнее, что помнил Хаджар, это то, как с хищной улыбкой окровавленное, изуродованное лицо Лэтэи повернулось к спрятанному во тьме Старику и блеснуло отвратительной, несвойственной ей хищной улыбкой.
Затем раздался взрыв, вернувший Хаджара обратно во мрак.
Некто стоял на пороге башни, тянущейся вплоть до самого неба. Неба, осиротевшего без света звезд. Где-то вдали слышались крики и стоны, характерные для войны. Кипела битва. Гибли сотни тысяч, а он все не решался войти внутрь.
— Я знал, что однажды ты сюда придешь, — произнес невидимый голос.
— Император, — ответил он.
— Генерал, — поприветствовала пустота.
Закованный в броню из тьмы, с синим шарфом из ветра и льда, вооруженный мечом из мрака, прославленный генерал стоял на краю башни, где хранилась Книга Судеб, Книга Тысячи, Книга Знаний — разные народы называли её по-своему, но сути это не меняло.
— Что ты надеешься увидеть на её страницах, генерал? — спросил голос, прозвучав чуть ближе.
Кто-то незримый подошел ближе и встал плечом к плечу.
— Ответы.
— Тогда входи, — поторопи его голос. — Ты проделал такой длинный путь, развязал еще одну войну между всеми четырьмя мирами и теперь не решаешься ступить и шагу?
Где-то позади кипела война. Вторая бойня, затмившая своими масштабом и кровавостью его первое выступление против Седьмого Неба.
Он потянулся рукой к старой, местами покрытой ржавчине рукояти и замер. Смертные полагают, что Седьмое Небо — это некий рай, где нет ни горя, ни бед, ни зависти, ни власти, ни рабства, ни голода, ни холода, ни… ничего.
Ничего из того, что гнетет их. И да, в чем-то они правы.
Седьмое Небо действительно не похоже на мир смертных. Но вовсе не таким образом, каким принято считать. Седьмое Небо непохоже на мир смертных тем, что помимо перечисленных трагедий, здесь нет радости. Только функции. Задачи. Смысл, которым так гордятся боги.
И в этом смысле, как в этой ржавой ручке, ведущей к самому сакральному смыслу вселенной, не остались никакого… смысла.
Глупый каламбур.
Ляо Фень, наверное, одобрил бы…
— Думаешь, сможешь её этим вернуть? — голос прозвучал еще ближе.
Генерал высвободил Закон, накрывая им все, куда только мог упасть взгляд. На мгновение в атмосфере задрожал в сиянии силуэт, сотканный из золотых нитей, но мгновением позже наваждение исчезло.
Он снова стоял один.
Но это чувство обманчиво, как и глаза.
— Ты стал сильнее с нашей последней встречи, — с уважением произнес незримый Яшмовый Император.
