Он заметил ручьи уже заледеневшей крови, отсеченную голову и тело, лежавшее рядом.
— Вы пришлось биться? — с тяжелом вздохом спросил гном.
— Да.
— Другого выбора не было?
— Увы.
— Он сражался достойно? С честью?
— Да.
— Хорошо, — кивнул гном, после чего развернулся и подошел к телу.
Албадурт аккуратно перенес голову к туловищу, после чего обнажил топоры и несколько раз ими ударил друг о друга.
Сперва ничего не происходило, а затем сквозь снег потянулись каменные языки. Они свивались, сливаясь воедино, пока не образовали над телом небольшой, но изящный и красивый каменный саркофаг.
Гном провел ладонью по его краю и там, где рука касалась камня, появлялись символы.
— “Здесь покоится славный Гардаграг, Дикий Бог с сердцем смертного. Да встретит тебя Высокое Небо бескрайними просторами и попутными ветрами.”
После этого гном произнес слова почестей на своем языке и, утерев скупую слезу, положил на крышку саркофага недоеденную сдобу, в которой Хаджар опознал пончик.
Все это время генерал не отвлекал гнома. Просто потому, что если бы не Албадурт, он и сам бы сделал что-то подобное.
— Ублюдочный, все же, мир, — процедил Алба-удун. — Нам приходится делить пищу с врагами и отнимать жизнь у тех, кого мы хотели бы называть друзьями.
— Да, — тихо согласился Хаджар.
Какое-то время они стояли над саркофагом, после чего генерал, все же, отвлек гнома.
— Албадурт.
— Что, Хаджар-дан? — гном уже достал новую булочку и, прислонившись спиной к каменному гробу, спокойно его жевал.
— Что ты видишь перед собой?
Хаджар вытянул перед собой первый из цветков — тот, что ему вручила Эглхен, мать Фреи в уплату за то, что Хаджар спас последней жизнь.
— Цветок вишни, — пожал плечами гном. — красивый, но не вижу в нем ничего особенного.
— Хорошо, — кивнул Хаджар. Ему требовалось проверить свою догадку. Убрав первый, он достал второй. — А теперь?
— А теперь мне кажется, Хаджар-дан, что дракон заморозил твои мозги.
Ты мне тот же цветок зачем показываешь?
— Понял, — снова кивнул генерал и открыл левую ладонь, где лежал цветок Эглхен. В правой же покоился цветок Гардаграга. — Что ты видишь теперь?
Гном ненадолго прищурился.
— А ты ловко это делаешь, — протянул задумчиво Албадурт. — Не могу заметить, как ты его так быстро перекладываешь из одной руки в другую.
— То есть ты видишь один цветок?
— Сколько ты мне показываешь, столько я и вижу.
