Каждое его движение было пронизано небрежной грацией, медленным и терпеливым ритмом. Несмотря на малую, даже щуплую комплекцию, его присутствие заполняло собой луг, но не властным указом, а гармоничной улыбкой — будто он и сам являлся не более, чем еще одним мазком кисти в этом ярком пейзаже.
Мир вокруг него расцветал ничем не сдерживаемой дикостью, повествуя о первозданной сущности природы. Однако и она в присутствии молодого человека словно замирала, греясь в отражении нестареющего духа, воплощенного во взгляде разноцветных глаз.
Будто сам воздух затаил дыхание, ветер затих, а цветы склонили бутону в его сторону в молчаливом почтении.
Здесь, на лоне этого цветущего луга, под бдительным небом, сидел на кресле качалке, в простецкой одежде, с курительной трубкой в руках, молодой человек — парадоксальное воплощение молодости и даже не старости, а самой вечности.
Он нес в себе свежесть весеннего бутона, живость летнего цветения, глубину осени и спокойствие зимы. Когда солнце движениям опытного мастера окрашивало луг в оттенки золота, а тени танцевали в празднике опускавшихся на долину сумерек, он, казалось, был не просто зрителем.
А как дирижер, не взглядом, ни жестом, но мыслью управлявший происходящем.
— Мне всегда нравилось то, что ты сделал с этим дворцом, — прозвучал голос и из теней, свившихся под деревом, на луг ступила старуха. Сгорбленная, укутанная мехами, она крепко сжимала посох-копье. — Долина и цветочный луг вместо пышных залов и убранства… Я нахожу в этом некую иронию, Король Бессмертных, Волшебник Эш.
Юноша, к которому обратились как к королю, даже взглядом не повел. Он лишь продолжил молча курить, выдыхая облачка дыма, мгновенно оборачивавшегося птицами, лепестками, даже лучами солнца."
"Старуха попыталась было сделать шаг вперед, но не смогла даже сдвинуться.
— Это мой дом, — тихо произнес юноша голосом, о котором не могли мечтать ни самые известные барды, ни лучшие менестрели. — Здесь все мое. Воздух, которым ты дышишь. Сцены, что открываются твоему взгляду. Даже время.
— Я знаю, — в почтительном поклоне склонила голову старуха.
— Что же — тогда довольно смело с твой стороны было прийти сюда, Королева Мэб, — слегка улыбнулся юноша. — Но не томи. Говори зачем явилась. Не помню, чтобы ты за последние десять эпох навещала страну бессмертных.
Глава 1801
Старуха какое-то время стояла в молчании, после чего сделала шаг и обернулась черноволосой, темноглазой девушкой. В ней не обнаружишь ни чрезвычайной красоты, ни прелестной милоты.
