Лишь бы делами заниматься не мешал.
Но, к сожалению, Всевластушке нужны были зрители. И слушатели. В общем, хоть кто-то, кто будет кивать в ответ на его жалобы.
Если во время обеда это был кот, Федя, кикимора и мы с Горынычем, поглядывающие на меч с равнодушием, то после публика у меча поредела. Кикимора, сообщив, что у неё коза и куры, ушла. Кот, заявив что ему нужен свежий воздух, тоже слинял. Федя просто молча исчез. То ли отдыхать пошёл, то ли делами заниматься. Остались лишь мы с Градимиром.
Я ждала, что дракон тоже сейчас развернётся и уйдёт, но он почему-то продолжал сидеть и слушать стенания меча.
Впрочем, разглядывая в это время комнату и, делая вид, что это интересует его больше всего в данный момент. Чуялось, чего-то он выжидал. И вскоре я поняла чего именно.
— Хозяюшка, ну так когда ты уже меня официально, так сказать, примешь? Хоть ты и не совсем разумная, но со мной точно не пропадёшь. Я тебя защищать буду. В обиду не дам. Всяких… ящеров отгонять буду, если понадобится, — заюлил меч, а я хмыкнула.
Да он же зубы до этого момента просто заговаривал. Утомить решил, чтобы я без особых сопротивлений хозяйкой его стала. Да щас!
— Никогда. Ты, как знаешь, а у меня дел полно. Никакие ящеры мне не мешают. Ведут себя порядочно. А если не будут, у меня есть кому меня защитить. Да и сама я любого метлой так отлуплю, что больше ничья драконья морда сюда не сунется, — ответила я, вставая и направляясь в дальнюю комнату. И чувствуя, как спину мне сверлит крайне изумлённый взгляд Горыныча.
Ну должна же я была и его настращать. А то подумает ещё, что я сдалась. Что и перевал ему готова теперь уступить и ещё чего возможно… Обойдётся.
Пусть поразмышляет о своём поведении, пока я “Разрушинку” достаю. Впрочем, времени на это у Горыныча было мало. Вернулась обратно я быстро, бережно неся с собой зелье. И неизбежно привлекая внимание меча к нему.
— Ой, а чего это там у тебя? Это мне? — полюбопытствовал он.
— Зачем бы тебе? Это зелье слишком ценно, чтобы тебе его отдавать, — пробурчала я, направляясь на выход, слыша как меч, будто какая-то рапира, выгибаясь в дугу, прыгает сзади, впиваясь остриём в дощатый пол.
Надо бы его в тряпку какую замотать. Всё в доме попортит, однозначно.
— А чем оно ценное? Неужели ценнее меня? — не унимался Всевластушка, быстро догоняя меня. Впрочем, Горыныч тоже не стал отставать. Не знаю, чего он продолжал околачиваться рядом, ведь свой ответ мечу я уже дала. Становиться его хозяйкой не собираюсь.
