— Да как не согласиться, Кузьма! Горыныч, этот вредный нахальный тип, на ведьме женится! На ведьме, представляешь! — воскликнула она и рассмеялась. — Вот у него и жизнь настанет! Чую я в Злате жёсткую натуру! Ох, она его погоняет!
— Да ужо начала гонять-то, — пробормотала кикимора, снова берясь за спицы. — То за ожерельем пошлёт, то за алой кувшинкой. Платье от Марьи затребовала. А между делом ещё и тряпкой отлупила. Ведьма одним слов… — Афдосья недоговорила. Ярина толкнула её локтем в бок, кивая в мою сторону.
Кикимора, подняв взгляд, увидела, что я смотрю на неё и ойкнула, замолкая. Но я как-то и не обиделась. Скорее растерялась.
— Так это же хорошо! А то нос всегда задирает, ходит! Негоже так себя вести! — заявила Марья, снова ощупывая меня. И ничего, и никого не смущаясь. Мерки, что ли, так снимала, непонятно.
— Боится он, что наша Златочка ему все головы порубит мечом Всевластия, — произнёс кот, на что Марья лишь рукой махнула.
— Глупости не говори, Кузьма. Горыныч ничего и никого не боится.
Влюбился он, чего гадать! — усмехнулась она, нахмуриваясь и тщательно ощупывая мою талию. — Здесь посильнее затянем. Небось Федя пирожками да булочками кормит, да? — спросила она, а я захлопала глазами. — Поменьше Федь давай. А то в платье не влезем! — кинув домовому, сообщила она. — Ой и Злата. Как же ты мне люба! — снова призналась она, а я, наконец, пришла в себя.
— Люба не люба, но Горыныча надо задержать, Марья. Я ещё не все дела тут поделала. Платье шей, не торопись.
Пару дней мне выгадай, — попросила я её, а девушка замерла, с интересом смотря на меня.
— А что ж, задумала чего? — поинтересовалась девушка."
"— Перевал мне надо запустить. Горыныч если прилетит, то не даст мне этого сделать. Помоги, — попросила я её, беря голубоглазую швею за руки и чуть сжимая их. Марья своей неординарностью успела за пару минут расположить к себе, что я в ней будто подругу почувствовала. Сразу на “ты” и без всяких условностей.
— Да чего ж ты, не переживай. Пара дней точно у тебя точно будет.
Ради тебя торопиться не буду. Хоть этот змей и околачивается подле дома моего беспрестанно, но вытерплю его присутствие. Не волнуйся, — пообещала она. — Та-а-ак, дай мне только тебя всю измерить. Ох и хороша ты, — покачал она головой и продолжила меня тискать.
Пришлось терпеть. И с мечом переругиваться. Да, Всевласнушка не мог промолчать.
— А я говорил, платье заказывай. А ты не хотела всё, — сумничал он, кое-где приукрасив.
