Ну и что мне остается? День сегодня солнечный. Номер телефона Макса у меня есть, позвонила, вопрос жизни и смерти обозначила.
С занятий его дернула. А он и рад. Приехал заинтригованный к дому на мотоцикле. Я его развитие уже оценила, парень с мопеда на мот за месяц пересел, и права у него есть. Алинка визжала об этом маме, когда та запрет ей поставила на мотоцикле с парнем ездить.
— Рассказывай, Лерка, что стряслось.
— Макс, у меня к тебе просьба, ты только не спрашивай ничего, ладно?
— Для тебя все, что угодно, Лерк, — отвечает бодро.
Внутри бешенство внезапное до дрожи всколыхнуло.
— Никогда так не говори! — Кричу, вспоминая, как меня Эрей Авель подловил. — Никогда, понял! Инопланетянина мне надо увидеть! Живого и желательно пробиться к нему.
Согласился помочь. Стали пеленговать по карте. Теперь у всех нас это приложение. А на мотоцикле мы быстро домчим.
Нашли по приложению много точек. И время пребывания их показывает. Выбрали недавнего и чтоб не далеко.
Шлем второй подал, схватила, натянула.
Тесно, жарко, непривычно и волнительно. Уж не думала я когда-то, будучи коровой, что шпендель меня повезет. Хорошо, что Алина в школе еще. А то бы дала нам обоим по первое…
Помчали. Я его обхватила за твердых пресс и сразу предательницей себя почувствовала перед сестрой.
Гнали долго, с остановками, уточняли положение. Но нашли!
Провинциальный городок с пятиэтажками, люди спокойные ходят. Инопланетянина уже окружили и просят рабства до смерти.
Тут уж ничего не поделать. Подъехали как могли. Я выскочила, шлем стянула душный, дышать в нем не могла нормально. Адреналин в уши бьет. Бегу через толпу, пока не так плотно, но пол городишки уже собралось. Все более или менее спокойны. Уже нет такого ажиотажа, как раньше.
Извините, простите… Толкаюсь, мужчины уделяют знаки внимания, улыбаюсь скромно и иду к своей цели.
ОН — огромный красавчик в зеленом кафтане, окруженный землянами, словно обезьянками. Улыбается всем снисходительно.
Но я-то знаю, что пришелец из клана, королевства или группировки Мор не искренен с этими жалкими зеваками, и улыбка его не означает радость. А отвращение, что вызывает внутри него боль. Они, вызывающие у нас восторг, хозяева нашей Земли и собиратели рабов.
— Деней оноа морэ! — Кричит маленькая девочка на руках у папаши.
Боже… Взвыть хочется от жгучей досады! Как же все горько! Маленькую зачем?!
Толкаю всех подряд. В меня летит брать.
