"
"— Куда ты торопишься, Эрей без имени? — Рычу, преграждая путь. — А? Какие у тебя дела? Какие могут быть у божка дела? А?!
— Защищать человечков от порождений Поляны миров! — Гремит человек — бабочка, накаляясь от гнева.
Слова проносятся как ураган и бьют в лицо, но я стою мужественно, упорно. И не таких на Поляне мочила, так, к слову. А он продолжает:
— Если не буду этого делать, человеческие короли перестанут приносить пыльцу. Мы и так лишились множества королевств, потеряв лидера. Наши подношения Клесане ничтожны.
И вскоре последняя надежда на ее любовь будет утеряна. Тогда мы, клан Эрей, умрем мучительной смертью, лишившись солнца. Но даже после этих слов, человечке, пусть даже получившей дух Авеля, не понять сути Мироздания Клесаны.
Замолчал. Последние фразы говорил остервенело, зло, пренебрежительно.
Он — чужой… не мой Эрей Авель. Пыльца! Всюду эта пыльца! Начинает злить это высокомерие, возвышенность и превосходство.
— Что такое пыльца? Какой от нее толк? Красота?! — Рычу на него.
— Кому она нужна! Если каждый может быть красивым от пыльцы, зачем так возвышать ее? Другое надо ценить! Другое…
Хмурится. Разжигаюсь изнутри, хочу высказать все, что о нем думаю.
— Это было к слову! — Продолжаю, набирая обороты. — Теперь об уменьшительно — ласкательном «человечка»! Это неверная интерпретация! Человек! Я — человек! Тебе ясно? Бабочка несчастная?! Не можешь помочь? Пыльца важнее? Ну давай, лети в свои королевства и подгоняй рабов, награбленных с других миров. А мне к королю надо.
И знаешь! Я сама все сделаю. Чтобы ты понял, человечка в клане Эрей — это очень даже сильно! Ты будешь жалеть о том, что посмеялся надо мной! Пренебрег и не стал вникать в суть моих проблем. Эрей без имени!! А я — Эрей баронесса Валерия Балейская с Земли! Запомни это имя! Дам вам тут всем жару! Насекомые несчастные!!
Замолчала. Устала кричать. Стоит человек — бабочка, смотрит круглыми глазами. Вылила на него все, что наболело, теперь сомневаюсь, стоило ли?!
Не ответил ничего.
Только крылья стали вырастать. Поняла, что не будет никуда уходить, так взлетит. Специально, чтобы в башню впечаталась.
Стою принципиально на месте. А он снова на меня с укором взглянул.
— Ты бы отдала жизнь за свою сестру, Эрей Валерия? — Спрашивает вдруг с некой иронией в голосе.
Сглатываю. Понимаю, о чем он говорит. Добровольно умереть, чтобы он стал главным и сумел поговорить с Мор по поводу моей сестры. А если Мор откажет? Сомнительный план.
