Домой захотелось. Но из головы все не выходил образ неописуемо красивого инопланетянина. Люди, как люди, только большие и молчаливые. Ведущие себя немного странно.
А может это какой — нибудь масштабный флешмоб? Или розыгрыш?! Вот и проверим!
В доме бардак. Арсен отстал, не смог угнаться, споткнулся где-то, да затоптали, надеюсь не насмерть.
Что-то где-то разбилось. Пишу уже десятое сообщение Кириллу. Молчит. Пошла на улицу.
— Толстуха, сторонись! — Крикнул кто-то, толкая в проходе. Не обернулась, выскочила на крыльцо.
— Ты мою пышечку не тронь, — промямлил Арсен, догоняя.
На лесенке ящик пива наполовину растасканный. Банки уже валяются и на газоне с коробками от пиццы. Кто это все убирать будет?! Влетит Светке, однозначно.
— Е…а…у…о… — изрыгнул Арсен, на шее голова уже не держится у бедняги. Боже, какая мерзость.
Домой в ночь идти? Лес темный, маньяки про инопланетян не знают. Им интереснее тут циркулировать. Сколько ужастиков пересмотрела, стоит за забор и буду первой жертвой.
Через неделю в институт.
А я сегодня квартиру драила, и ради чего?! Беру банку пива. По лестнице на заднице съезжает Арсен с характерным:
— А! — А! — А! — и бьется копчик о ступеньки.
Пытается уцепить меня за ногу. Я его спасение. Хочется поддать и придать дополнительное ускорение, спешу в беседку. Там парочка целуется. О! Узнаю Гошу. И знакомую мою еще одну — Кристинку, тоже в коттеджном поселке живет. Сомнительная она мне подруга. Но они почти все у меня такие.
А курсант-то не промах, выбрал хорошенькую и легко идущую на контакт, компанейскую девушку.
Фигура у нее как у «черлидерши». Слышала, она уже не одного парня сменила.
В беседке относительно безопасно. Но подсвечивает добротный плафон, мошкара вьется у него, бесится, видимо, от паров этих и музыки.
Холодно. Но в дом назад не хочу, пока «зомбаки» не улягутся.
С шипящим звуков вскрываю банку. Фонтан из нее льется мне на платье. Да что ж такое?! Руку подальше отвела. Вскоре напор утих. Пригубила.
Теплое и горькое. Где обещанный погреб? Я на языке лучше бы вино почувствовала.
Чем это.
— Лерка! — Кричит до боли и досады знакомый голос. Вот только чересчур не скромный. Кирилл мой так никогда не повышал голос. М — да… нажрался в самые помидоры."
"Идет ко мне, шатается кареглазый мой «зомбачок». Перебарываю отвращение. Обнимает, слишком нагло. Терплю, все — таки он — мой парень. Гоша, нахальная морда, посматривает, посмеивается. Увидел, что смотрю на него и начал яростно целовать нашу местную потаскуху. Та и рада.
